Уже несколько суток я мучился одним вопросом.
- Он сказал, что ты опасный человек и даже не совсем человек. Что это значит? – с намеком на претензию спросила она.
- Если бы я сказал тебе, что бессмертие возможно и приобрести его так, же просто, как заварить чай. Ты бы согласилась провести со мной вечность? – я серьезно взглянул на Амелию.
Я почувствовал, как озадачил ее своем вопросом. Амелия вся подобралась.
- А ты? – попыталась уйти она от ответа.
- В первую секунду, как увидел тебя, я был готов, - не колеблясь ни секунды сказал я.
- Это больно? – я увидел в глазах Амелии непоколебимую уверенность.
- Как укол. Больно будет, лишь мгновение, - заверил я.
***
Процедура перерождения, с одной стороны, очень проста. Нужно лишь умереть с достаточным количеством крови вампира в организме. Амелия ее получила. Тогда – то все и произошло. Меня не было в городе. Мы с Джонатаном решили, что пора перекусить и делали это в достаточной отдаленности, а вернулись слишком поздно.
Я почувствуй боль и волнение еще на пороге дома Николаса. Эти эмоции были настолько глубокими и всеобъемлющие, что перекинулись и на меня.
- Что произошло? – влетел я в новомодную гостиную.
- Амелия, - выдавил художник.
Внешне он сейчас больше походил на побитую псину, нежели на человека. Внутри меня все замерло и похолодело.
- Что с Амелией, Николас? – по слогам процедил я.
- Она пропала сегодня днем. А вечером прибежал Эндрю, мальчишка, которого я учу. Он сказал, что жандармы повесили девушку, что критиковала их и градоначальника. Я тут же помчался в мэрию, - говорил он отрывисто с трудом. – Этот гад – Бишоп, сказал, что это не моего ума дело и в отношении меня уже ведется проверка на госизмену. Тело мне не показали, они сожгли его. Это Амелия, Бальтазар.
Дрожащей рукой Николас протянул мне шелковый платочек с монограммой «А.Т.».
Смысл медленно проникал в мое сознание вместе с тупой иглой, вонзившейся в моей сердце. Я сжал в руках тонкую ткань платка. Захотелось кричать, выть. На смену страданиям пришла злость. Я закрывал глаза на деятельность этого ублюдка, давно решил не вмешиваться в людские дела.
Красная пелена застилала мои глаза, пока я, не видя и не слыша никого, размашистыми шагами направлялся прямиком в змеиное логово. Я не понимал, что делаю, полностью отдавшись рефлексам и животным инстинктам. Словно из далека я слышал хруст костей, чувствовал запах горящей плоти, ощущал металлический вкус крови на моем языке, видел мелькающие лица. Не знаю скольких я убил по пути, но остановился только когда обескровленное тело нового градоначальника мешком с костями упало к мои ногам.
По возвращению я услышал от Николаса, то, что так давно хотел:
«Я согласен вечно быть твоим другом».
Я вынырнул из своих воспоминаний. Амелия родилась слишком рано. В веке, где женщину считали лишь придатком к мужчине ей, было не место. Прошло четыре столетия, а в большинстве своем мало, что изменилось. Чувство вины гложет до сих пор. Надо было уехать и тогда, и сейчас.
АВРОРА
Я была удивлена, но сегодня Бальтазар не пошел контролировать каждый мой шаг, сославшись на занятость. Я так хотела чуть – чуть свободы, а когда получила, вместо облегчения ощутила тревогу. Стараясь не думать слишком много, пошла проведать Дженни.
- Когда я была в старшей школе, был очень популярен один сериал, сюжет заключался в том, что есть синтетический наркотик, который активирует твой талант. Если выпьешь, то получишь все, признание, власть, деньги, славу, но плата за это кровь, чем – то напоминает нас, не правда ли? – загадочно рассказывала она. - Но это в случае, если ты талантлив, если же таланта нет, то ты превратишься в безмозглого монстра. Ты бы осмелилась выпить?
- К чему ты это? – я не могла уловить логику в ее словах. Я рассказала, что беспокоит меня, а Дженни завела шарманку про сериал.
- Концепция сериала мне нравилась, но техническая сторона плохо проработана, создатели поставили знак равенства между творчеством и талантом. Но что есть талант на самом деле? Может я лучше всех в мире сплю? И, вообще, с точки зрения науки данная пилюля пока не может существовать. Но если опустить все эти недочеты, то да. Я бы выпила. А ты? – вновь поинтересовалась она. – Просто ответь.
- Я не могу определиться, - честно призналась я, решив плыть по течение ее странных мыслей.
Дженни отошла от меня и уставилась в угол своей маленькой камеры.
- Мне… - начала я пояснять.
- Страшно, - закончила за меня юная вампирша. – Вот и с князем у тебя тоже самое. Ты боишься узнать не ту правду, то, что не будет соответствовать твои чувствам и неизбежно принесет тебе боль. Легче оставаться в неведение.
- Ты всегда говорила без какой – то логики, но твои выводы неизменно точны, - ее слова заставили меня сильно задуматься.
***
- Рори! – позвал меня голос Джонатана, когда через час я уходила от Дженни. – Ты давно не заглядывала.
- Джонатан, можно вопрос? – поинтересовалась я.
- Валяй, но будешь должна мне уже две пипетки крови, - отозвался вампир.
- Когда ты переродился? – спросила я.
- В 1595 году, - честно ответил Джонатан.
