Кровь и вечность полностью

– Хоуп, ты уверена? – спросил Викторий, пристально взглянув на меня. – Ты уже взяла жажду под контроль, у тебя много сил и ты вполне способна одолеть даже вампиров, проживших дольше тебя. Но зачем тебе делать это? Ты ведь можешь просто оставить все в прошлом. Теперь ты свободна, Хоуп. Ты вольна делать все, что вздумается. Зачем тебе рушить свою жизнь ради мести?

Сейчас старый вампир сидел в кресле, в гостиной своего огромного особняка. Выкрашенные в белый стены, светлая мебель, минималистичный стиль и современная техника – попади сюда посторонний, вряд ли бы он смог догадаться, что этот дом принадлежит вампиру, прожившему больше тысячи лет.

Это место не походило на замок Эша, где я провела столько времени сперва человеком, а затем вампиром. И уж точно оно не походило на логово кровожадного монстра. Ничего здесь не напоминало о том, что хозяева ночами пьют кровь людей. Ничего, кроме, пожалуй, плотных ставен на окнах и тяжелых гардин, что в совокупности не пропускали внутрь ни единого, даже самого маленького лучика солнца.

– Я должна, – ответила, упрямо тряхнув головой.

Прошло почти десять лет с тех пор, как я умерла, чтобы возродиться хищником. Тем, кто днем прячется в тени, а ночами выходит на охоту. Тем, кто пьет кровь, чтобы существовать. Тем, кто способен убить тебя быстрее, чем ты успеешь это осознать.

Десять лет… много для человека, но слишком мало для вампира. Секунда среди вечности, на которую мы, немертвые, обречены.

За это время я действительно научилась многому – мне удалось взять под полный контроль жажду, и даже навестить родителей, чтобы наконец увидеть их, а не просто услышать по телефону. Мне удалось значительно подтянуть и свои боевые навыки – теперь я могла обращаться с мечом не хуже любого рыцаря, а скорее даже лучше.

Но вот чего мне не удалось, так это простить.

Впрочем, Эш не заслуживал прощенья. Только смерть, которую я собиралась даровать ему. Потому что иначе даже в этом подобии жизни, что зовется вечностью, мне бы не удалось найти покоя.

– Нет, – мягко заметил Викторий, покачав головой. Его алые глаза из-за холодного света электрических ламп казались почти карими. Почти. – Ты никому и ничего не должна. Просто забудь. Оставь ему злобу и ненависть, а сама двигайся дальше. В конце концов, у тебя впереди тысячи лет. Не стоит обрывать свой путь столь рано. Ведь даже если ты одолеешь Эша, на твоих руках все равно останется его кровь.

– Ты же знаешь, я пыталась забыть, – вздохнула в ответ, откинувшись на спинку соседнего кресла и прикрыв глаза.

Да. Я действительно пыталась. Отчаянно, изо всех сил пыталась по кусочкам собрать свою жизнь, которую Эш сломал одним небрежным движением бледных пальцев и острых клыков.

Первое время я жила одна, вдали от людей, но под покровительством Виктория – именно он доставлял мне кровь и предоставил убежище. Но поняв, что научилась держать жажду под контролем, я уехала оттуда и сняла себе маленький лофт без окон в центре Нью-Йорка. Старый вампир помог с деньгами, так что никакой нужды я не испытывала, надеясь забыться в суете большого города.

Днем мне приходилось спать, а ночами я выходила на улицы, пытаясь занять себя хоть чем-нибудь. И каждый раз понимала, что это невозможно.

Эш стал моим наваждением. Моим кошмаром, что преследовал меня наяву каждую секунду.

Я заходила в бар, но вместо веселья вспоминала наш с ним танец. И руки сами сжимались в кулаки, превращая бокал с виски в мелкое крошево острых осколков.

Я знакомилась с мужчинами, пытаясь почувствовать хоть что-то, но каждый раз перед глазами вставала усмешка Эша, и я едва сдерживалась, чтобы не сломать своим кавалерам шею.

Тень Эша словно стояла у меня за спиной, хотя я и поклялась навсегда позабыть его. Но в шепоте листьев мне каждый раз слышался его голос, говорящий это полупрезрительное «зефирка». В фарах машин, и огнях светофора, и даже в бокалах с донорской кровью мне чудился его насмешливый взгляд алых глаз. А в каждом светловолосом прохожем я видела только ЕГО, и тогда все вокруг словно замирало, а мое мертвое сердце наполнялось горечью.

Спустя время я кое-как взяла себя в руки и попробовала снова стать человеком. Я нашла себе работу – самую банальную, непрезентабельную и нудную, но зато имевшую только ночные смены. Я завела себе кота, который первый месяц боялся моей истинной сути хищника и прятался по углам, пока наконец не привык. Я даже подружилась с девчонкой-коллегой, так что в перерывах на обед мы обсуждали жизнь звезд шоу-бизнеса, мужчин и прочие обыденные вещи. Точнее, болтала только она, а я просто слушала, пытаясь хоть на секунду почувствовать себя живой. Почувствовать себя человеком. Той Хоуп, что ходила на вечеринки, волновалась перед экзаменами и краснела при встрече с симпатичным парнем.

Но в итоге весь этот фасад, тщательно выстроенный мной, и призванный заглушить мою больную память, развалился. Разлетелся на куски, точно карточный домик, тронутый ветром. И имя тому ветру было Эш. Всегда только Эш.