«Кровь как лимонад» — книга об изнанке современного Петербурга, высокооктановый микс нордического триллера, городской драмы и «лав стори» на психотропных препаратах. Роман о мелком преступнике Жеке Онегине, вынужденном снабжать наркотиками в качестве обезболивающего своего умирающего деда. О главном бухгалтере, чьё хобби — угон велосипедов. О «драконе с татуировкой девушки». О независимом расследовании копа-эпилептика. О сожженных «парфёновских» ста тысячах и висящей в спальне картине с изображением секса втроем. О краеведах-лудоманах, фриковатых киллерах и ребятах с нашего двора. О промзонах, где легко спрятать труп, и о больницах, где можно найти отрубленную голову. Никакой пощады к читателю — аритмичный синтаксис, оторванные ото сна часы в переживаниях за героев и загубленные нервные клетки после финальной точки.
Кате, Насте и Софии, которая, наверное, успела выучить эту книжку наизусть.
Hunting high and low to seek revenge
Brand new moral code, got made reluctant renegade
Leaving empty souls when he avenged
Evil spirits flowed he drank the blood like lemonade[1]
You cut me like a double edge sword
Now I’ve split in the middle tell me which side do you pick?[2]
Girl I love you but your loving has gone forever[3]
— Бабушка Саид
Она оборачивается, видит, как из-за угла дома выскакивает Юсуф, внук Бат
Юсуф останавливается перед Саидой, запрокидывает голову и выпаливает:
— Бабушка Саида, знаешь что? Там тебя какой-то дяденька ищет. Приходил в ту квартиру, где ты раньше жила. Я сказал, что ты здесь.
Саида улыбается, ласково гладит мальчика, взъерошивая ему волосы. Говорит:
— Спасибо, Юсуф.
— Он сюда идет! — говорит мальчик и убегает, словно его подхватывает порыв теплого весеннего ветра.
Саида глядит ему вслед. Вздыхает. Ее внуки чуть старше Юсуфа. Она видела их два раза, когда приезжала в гости к сыну. Ну, и еще на фотографиях. На ярких цветных снимках они почти никогда не смотрят в объектив. Сразу понятно, что постоянно возятся и взбрыкивают как жеребята. Хорошие фотографии и хорошие внуки, но она не видела, как они растут, не сидела над ними по ночам, когда они болели, не рассказывала им сказки. Плохо, когда в старости живешь одна. Не по-человечески. Но также не по-человечески было и уезжать вместе с семьей сына из тех мест, где она прожила всю свою жизнь, где родила одного — больше Аллах не дал — ребенка, где похоронила мужа. Куда давным-давно, когда этот город еще был просто поселком Двигательстроем, приехал ее отец и познакомился здесь с молодой, веселого нрава красавицей-аваркой, ее матерью.
Как ни просили сын с невесткой ехать с ними, отказалась. Что ей делать в чужом городе на море, где даже вода несоленая, потому что оно и не море вовсе?
Свою землю и табун знает.
— Здесь! Здесь она! — это непоседа Юсуф уже оббежал вокруг дома и ведет того, кто ее ищет.
За Юсуфом идет молодой парень в красно-желтом рабочем комбинезоне с надписью «DHL». В руках у него большой толстый конверт — скорее, маленькая бандероль, чем письмо.
— Добрый день. Багаутдинова Саида Илдаровна? — спрашивает парень, подходя.
Женщина кивает, а Юсуф выкрикивает:
— Это она, это бабушка Саида!
— Юсуф-джан, — говорит она. — Не кричи, будь хорошим мальчиком.
— Адрес указан другой, — замечает курьер. — Паспорт у вас есть?
— Дорогой, — улыбается Саида, — откуда у меня с собой паспорт? Дома лежит. А адрес у тебя написан — дом семнадцать, квартира девять. Я раньше там жила, теперь перебралась сюда, по соседству. Сын уехал, а мне зачем одной большая квартира? Вот и поменялась. А тот, кто прислал посылку, этого не знал. Наверное, давно здесь не был.
Курьер качает головой, давая понять, что ему это неинтересно, а работа есть работа.
— Я могу сходить за паспортом, — предлагает Саида.
Курьер смотрит на нее. Пожилая женщина, сколько времени она будет ходить? А у него еще полно дел.
— Ладно, — говорит, наконец, он. — Я отдам вам конверт, а вы распишитесь и расшифруйте подпись, только полностью, пожалуйста.
Он передает Саиде конверт — из плотной желтовато-серой бумаги, легкий, почти невесомый. На самом конверте напечатан адрес отделения, откуда отправлена посылка. Саида разбирает только последние слова «La Habana, Cuba». Расписывается в квитанции курьера, сожалея о том, что не взяла с собой денег. По-хорошему, надо бы отблагодарить парня. Но тот не ждет мзды, просто отрывает и отдает Саиде копию квитанции, кивает на ее благодарности, говорит:
— До свидания!
— Всего доброго, — улыбается Саида, а Юсуф бежит за курьером и кричит:
— До свидания! До свидания!
Потом он возвращается к Саиде и спрашивает, указывая на конверт:
— Бабушка Саида, а что там?
— Не спеши, Юсуф-джан, — делает строгое лицо Саида. — Торопливая муха в молоко попадает. Приду домой, открою. Вечером тебе и бабушке твоей расскажу.
— Бабушка же на базар ушла, — сердито произносит Юсуф. — Но к вечеру вернется. Хорошо! А я пока побегу к ребятам!
Он уносится. Саида смотрит ему вслед, снова улыбается.
