— Все, можешь не продолжать, как я сам об этом не подумал. Установим связь с татарами. Однако поверят ли им?
— Для них у нас есть кое-что. — Некрасов достал две мелкие мошны, там среди крымских акче лежало по копейке. — То будет для них знак, что пришел человек Серебряного.
Савельев внимательно посмотрел на Некрасова:
— А скажи, Фрол, пошто местные татары помогают нам? Им хорошо платят?
— Нет, не платят. Они понимают, что сейчас плохо, а раз пришла война, то всем еще хуже. Да и ранее турки притесняли их. Дочь Байгира восьмилетнюю Бану приметил один из нукеров Юнис-бея, что сейчас начальствует в крепости. А раз приметил, то забрал бы, да бей отправил его в отряд нукеров Касима-паши. Так что тут оставаться Байгиру нельзя. А Гасут еще в прошлом году собирался податься на Москву. Наши отговорили, не время. Он скорняк добрый, в столице работу легко найдет. Все безопасней, чем рядом с турками, которые относятся к татарам как своей прислуге. Они же воины.
— Я все понял. Что-то еще есть сказать?
— Да, нет, коли запомнил, то и добре. Держи мошны.
Савельев взял мешочки с мелкими монетами и сказал:
— Тебе дадут место, покажут, где нужду справлять, скажут, когда молитва и трапеза. Отдыхай вместе с десятком.
— Да, завтра пойду в обрат. А тебе, князь, след уже ныне начинать сполнение задания.
— В том без тебя разберусь, Фрол.
Гонцу предоставили место для отдыха.
Савельев же вызвал к себе Гордея Бессонова и всех служивых татар.
Они прибыли, расселись по скамейкам.
— Дело, други, предстоит такое, определенное нам царем русским, Иваном Васильевичем, — начал Дмитрий и довел до присутствующих суть задания, упомянув отдельно о татарских семьях.
— К ним след идти вам, — перевел он взгляд на татар. — На вас никто внимания не обратит.
— Это да, — кивнул Баймак.
— Значится, так, Анвар, и ты, Ильдус, — посмотрел на Агиша князь, — как наиболее опытные пойдете в крепость по обычному пути, через Азовку, ворота меж северной каменной стеной и валом, примерно сюда. — Он указал им мелкое подворье семьи Байгира: — Гаяза можете не застать, он грузчиком в порту работает, дождетесь его, самим искать не надо.
— Как семья его прознает, что мы свои? — спросил Баймак.
— О том позже, Гардай, — повернулся Савельев к касимовскому татарину.
— Да, воевода.
— Ты с Тураном идешь в деревню Коброна. Хату Гасута найти несложно, она на отшибе с восточной стороны. Ильдар Гасут скорняк, должен быть дома. О том, что свои, предупредите этим, — передал он татарам мошны. — Потом поведаете им следующее…
— А если нас с Ильдусом стража в воротах остановит? — подал голос Баймак.
— Скажете, отбились от своего отряда, имя мурзы придумаете. В Азов столько заходит и выходит крымчаков, что турецкая охрана всех не запомнит. Пропустят. Тут им опасаться некого. Азов они считают непреступной крепостью, потому как приступать к ней некому, нет поблизости врагов. Если все ясно, прямо сейчас, взяв с собой запас провизии, отправляйтесь. Из оружия только саблю и нож, Баймаку и Агишу можно кольчугу.
Служивые татары ушли.
— Мы пока тут будем? — спросил у князя Бессонов.
— Как прознаем нужное про вход в крепость, подойдем к Коброне, ну, а дальше решим, как действовать. Тебе, Гордей, треба загодя заготовить мелкие факелы, пропитанную веревку. То, что надо для подрыва.
— О том не беспокойся. А что с обозами?
— Их тащить в Корбону нельзя, тут оставим вместе с возчиками.
— Уразумел. Дозволь идти?
— Иди, Гордей!
Служивые татары проехали четыре версты вместе, потом разошлись. Анвар Баймак и Ильдус Агиш пошли прямо по берегу Дона, Икрам Гардай и Рустам Туран приняли на восток, им требовалось обойти Азов с восточной стороны.
Поэтому первыми к Азову вышли Баймак и Агиш. В то время по дороге шло много вооруженного народа, большей частью из крепости, мимо, но были и те, кто возвращался. С ними миновали мост, далее прошли к воротам служивые татары особой дружины. Впрочем, они ничем не отличались от множества ратников.
Внутри свернули влево, пошли по узкой улочке к площади у мечети и самому мусульманскому храму. Встали у городьбы одного из подворий. Тут же объявился отрок лет десяти.
— Эй! — крикнул он. — Кто такие, чего надо?
— Гаяз Байгир нужен, знаешь такого?
— Сосед, а зачем нужен?
— Мал еще взрослым вопросы задавать. Значит, сосед Байгир? С какой стороны?
— Щас покличу сына его Камала, недавно на дворе арбу чинил.
Паренек позвал соседа.
Из калитки вышел отрок постарше, уже, можно сказать, юноша, воин.
— Ассолом аллейкум, уважаемые, — вежливо поздоровался он.
— Ва аллейкум, Камал, — ответили на приветствие служивые татары.
— Вы меня знаете?
— Слышал, как и об отце твоем. Можем его увидеть?
— А на что он вам?
— О том, Камал, с ним и будем говорить, — строго сказал Баймак.
Юноша шмыгнул носом, видать, простыл, когда купался, до реки тут рукой подать, и ответил:
— Нету его, на работе. Это ранее после намаза и трапезы уходил и до захода солнца возвращался, а сейчас весь день в порту, грузчик он.
— Про то ведаем. Дюже нужен он нам, но и отвлекать не хотим, обождать на подворье можно?
