— Мне не совсем понятен ваш вопрос, — туманно ответил Кондратьев. — На мой взгляд, заданный вами вопрос сейчас неуместен. Каримов — опытный оперативный работник, и наш аппарат полностью доверяет ему. У нас, Абрамов, в отличие от вашей системы, не бывает случайных людей. Если он работает, значит, руководство полностью доверяет ему, и у меня нет оснований подозревать его в чем-то. Я тоже верю ему, и все ваши попытки вбить клин между нами обречены на провал. Более того, хочу попросить больше подобных вопросов в отношении Каримова не задавать.
Мне стало все ясно. Если еще несколько минут назад во мне тлела надежда на то, что я могу довериться этому человеку, то сейчас она пропала, словно и не было никогда.
Выдержав паузу, я официально заявил:
— Я слушаю вас, Виктор Степанович. Что вас привело в мой кабинет?
Кондратьев сразу же уловил смену тона и попытался поправить ситуацию:
— Ну что вы, Виктор Николаевич! Я к вам по-дружески, а вы, как ежик, свернулись и выставили колючки. Я пришел к вам с открытым забралом и не хочу ничего делать у вас спиной. Мне необходима вся наработанная вами оперативная и иная информация по нашему делу. Вы много знаете, и у вас есть источники. Отдайте их нам и уезжайте спокойно, с чувством честно выполненного долга. Поймите, здесь, то есть в нашей конторе, нет врагов, и от нас не нужно отгораживаться. Чем скорее вы это поймете, тем лучше для вас!
— Простите, я что-то не понял, это угроза? — я уже с трудом сдерживал интонации. — Как это понимать?
— Это просто дружеский совет, — профессионально улыбаясь, сказал Кондратьев. — Кстати, вы блефовали, когда говорили, что кто-то в день смерти видел в милиции Каримова? Я имею в виду в день, когда произошел самострел Аскарова? Кто конкретно его видел? Подскажите?
Я пропустил мимо ушей просьбу Кондратьева и взялся кипятить чай.
— Как насчет чая? — спросил я.
Кондратьев покачал головой и направился к двери. Остановившись на пороге, он обернулся, окинул меня презрительным взглядом и тихо произнес:
— Я бы попросил вас с сегодняшнего дня представлять мне всю оперативную информацию, полученную вашими сотрудниками по этому делу. Вопрос согласован с Москвой.
— Хорошо, — ответил я, — буду предоставлять вам всю информацию сразу после того, как в МВД СССР подтвердят ваши слова.
Кондратьев ушел.
Шиллер уже три недели жил у Лиды. Все шло хорошо, и опасности жизни постепенно забывались.
Воспользовавшись советом Лидии, он перестал сорить деньгами и старался не привлекать к себе особого внимания. Соседи считали его очередным сожителем хозяйки квартиры и не без интереса наблюдали за изменениями, происходившими в их «семье». Лида перестала ходить по ресторанам и водить к себе малознакомых мужчин. В ней появилась неожиданная домовитость, свойственная обычно многодетным мамашам.
За этот небольшой срок она умудрилась сделать в квартире добротный ремонт и обновить мебель. Курт с Лидой взяли за привычку гулять по вечерам, и это доставляло им большое удовольствие.
Однажды, когда они в очередной раз возвращались с прогулки, их догнал соседский мальчик:
— Здравствуйте, тетя Лида!
— Здравствуй, Кирилл, — ответила женщина. — Ты что так поздно гуляешь? Смотри, как темно!
— Я с тренировки, — беззаботно болтал мальчик, исподтишка поглядывая на мужчину рядом с тетей.
«А дядька-то похож!» — заметил про себя Кирилл, сравнивая внешность друга тети Лиды с портретом преступника, который он видел на милицейском щите «Их разыскивает милиция».
Мальчик ускорил шаг и оказался первым в подъезде. Поднявшись на этаж выше, он еще раз внимательно присмотрелся к соседу тети Лиды.
«Это точно он, тот, с портрета! Что делать? — не по-детски раздумывал Кирилл. — Идти завтра в милицию? Наверное, не поверят».
Парень открыл дверь и вошел в квартиру. Матери дома не было. Она работала санитаркой в больнице и, чтобы свести концы с концами, часто подрабатывала там же ночами.
«Завтра еще раз посмотрю», — здраво рассудил Кирилл.
А утром, перед тем как отправиться в школу, он пошел к отделу милиции, на стенде которого видел портрет. Мальчик остановился и стал внимательно рассматривать нарисованное лицо.
«За совершение ряда опасных преступлений, — шепотом читал он, — разыскивается опасный преступник Шиллер Курт Карлович, уроженец и житель г. Аркалык Казахской ССР».
— Что, знакомых ищешь? — Кирилл вздрогнул от прозвучавшего прямо над ухом голоса. — Не здесь тебе, парень, друзей нужно искать!
— А если я знаю, где сейчас этот дяденька? — ехидно заявил Кирилл. — Я должен сообщить в милицию?
— Если ты пионер — то не только должен, а обязан! — серьезно произнес мужчина. — Пойдем со мной, поговорим у меня в кабинете, следопыт.
Они прошли в здание милиции и поднялись на второй этаж. Мужчина открыл дверь, и они вошли в небольшое помещение, меблированное двумя столами.
— Давай, рассказывай. Начни с себя: кто ты, как тебя зовут и где живешь.
Пока Кирилл рассказывал о себе, мужчина приготовил крепкий чай и разлил его по чашкам.
