Сердце Шиллера тревожно застучало в нехорошем предчувствии.
Они остановились у гостиницы и стали парковать свои автомашины на стоянке.
Шиллер вышел и направился в гостиницу в надежде встретиться с Верой. Однако за стойкой стояла другая женщина.
— Извините, а где Вера? Сегодня, вроде, она должна работать?
— Ее сегодня не будет, — ответила дама. — Вера заболела.
Шиллер, оформившись в гостиницу, направился в свой номер. В коридоре он столкнулся с подругой Веры.
— Настя, привет, а что с Верой? Мне сказали, заболела? Что с ней?
— Курт! Вера просила не рассказывать тебе, но я все-таки скажу. Ее сильно избил бывший сожитель. Ему кто-то рассказал, что ту машину, которую он угнал, Вера помогла вернуть хозяину. Тот недолго думая приехал сюда со своими дружками и прямо здесь устроил ей скандал, а затем завел в подсобку и сильно избил.
— Значит, сейчас Вера дома?
— Наверное. Ее сегодня хотели отпустить из больницы.
— Настя, дай мне, пожалуйста, ее адрес, а то у меня только телефон. Хочу навестить ее.
Настя на клочке бумаги написала адрес Веры.
Разместив водителей в гостинице, Курт вышел на улицу и направился в сторону автостоянки. Немного повозившись в кабине, он отвернул две гайки и отодвинул металлическую пластинку. Засунул руку в образовавшуюся щель, достал обрез двуствольного ружья. Проверив наличие патронов в стволах, сунул оружие в спортивную сумку и положил в карман куртки на всякий случай еще четыре патрона. Потом закрыл кабину и, выйдя на трассу, поймал попутку.
Через полчаса он был уже в городе. Сел в автобус и направился к Вере. Подъехав к дому, подошел к ее двери и стал звонить. Звонил так настойчиво, что начали высовываться соседи. Но его настойчивость была вознаграждена — у Веры послышались шаги, и женский полусонный голос спросил:
— Кто там?
— Вера! Это ты? Открой, это я, Курт!
— Курт? — испуганно переспросила Вера. — Зачем ты приехал? Уезжай, пожалуйста! Я не хочу тебе открывать! Тебе нечего у меня делать!
— Я никуда не уеду, пока не увижу тебя, — настойчиво произнес Курт. — Да открой же наконец, а то я выломаю дверь!
— Курт, я не хочу, чтобы ты видел меня! Меня изуродовали!
— Вера, открой! Иначе сейчас я пойду и убью этого шакала!
После длительных препинаний Вера открыла, и он быстро вошел в прихожую.
Если бы он не знал, кто перед ним, то в этой женщине он бы никогда не узнал Веру.
Ее избитое лицо было неузнаваемо. Черное, с множеством полос пластыря, правая бровь рассечена и стянута медицинской нитью.
— За что он тебя? Так даже собак не бьют! Дай мне его адрес!
Отодвинув Веру плечом, он вошел в комнату.
— Что ты задумал? — тихо произнесла Вера. — Он тебя убьет! Ему это ничего не стоит! Он не человек, он зверь!
— Дай мне его адрес! — жестко сказал Курт. — Мы еще увидим, кто кого убьет! Он что, может бить только женщин? Пусть поговорит со мной!
Вера медленно опустилась на стул и едва слышно произнесла:
— Молодежный переулок, дом семь.
— Спасибо, — поблагодарил Курт и вышел.
Остановив на дороге попутку, он назвал адрес, и машина скрылась в темноте улицы.
Вера стояла у окна и безысходно смотрела вслед уехавшей машины. Она молилась за этого немца, чтобы Бог отвел от него беду.
Курт вышел из машины, не доезжая метров ста до нужного дома. Дом, указанный Верой, был деревянный, старой постройки и от времени потемнел и покосился.
Курт подошел к калитке, нащупал шпингалет, отодвинул его и осторожно вошел во двор. Разглядев на двери начерченный мелом номер, он постучал в потемневшую от времени дверь. Его сильные удары эхом отозвались на небольшой и тихой улочке.
«Никого нет, что ли?»
Вдруг раздался шум приближающейся машины. Шиллер спрятался за густой куст сирени. Он осторожно достал обрез и взвел курки.
Ему еще не приходилось стрелять из этого обреза в живое существо, и он сильно волновался. Вспомнился Афганистан, рейды по горам, бои с душманами.
«Смогу я убить? — подумал он. — Он ведь не душман, а я не солдат под присягой, и сейчас не война».
Рука, сжимавшая обрез, стала потной и мягкой. Он вновь вспомнил первого убитого им. Это был паренек лет шестнадцати. Шиллер тогда очень переживал — считал себя настоящим убийцей.
Но это вскоре прошло. Однажды он увидел изуродованные трупы наших бойцов и понял, что или ты убиваешь, или убивают тебя. Выбора нет.
Приглядевшись, Шиллер увидел, как из подъехавшей машины вышел мужчина и направился к калитке. Курт сразу узнал в нем одного из тех, кто в день кражи его «КамАЗа» сидел за соседним столиком в ресторане гостиницы.
Машина, сверкнув фарами, развернулась и поехала обратно. Мужчина уверенной походкой вошел во двор и, остановившись перед дверью, стал шарить под ковриком.
Найдя ключ, он вставил его в скважину замка и повернул ключ. Но не успел он войти, как услышал за спиной осторожные шаги. Он резко обернулся:
— Ты кто такой?! Что надо?
Увидев у Курта оружие, он поменялся в лице. Ключ выпал из его рук и со звоном ударился о ступени.
— Ты, сука, избил мою женщину и украл «КамАЗ», — прорычал Курт и поднял обрез к груди противника.
