Ехали мы долго, до самого вечера. Посетили еще в два поселения и забрали их них пять девушек, две из которых я бы назвала еще девочками, настолько молодыми они были, и трое парней. Никто ничего не рассказывал, но во всех поселениях повторилась сцена прощания. Когда сумерки опустились на землю мы пересекли ворота и подъехали к большому замку. В другой раз я бы восхитилась архитектурой и витражами, но сегодня был очень долгий и напряженный день. Я была рада уже просто добраться до места и немного отдохнуть.
Не доезжая до кованных ворот наш кортеж свернул влево, и мы поехали как я понимаю к чёрному ходу. Не сказать, что я привыкла есть с золота и спать на перинах, но, когда нас провели в комнату, из которой воняло плесенью и давно не проветриваемым помещением я поняла, чего боялась Дуди.
Я уже хотела возмутиться неприемлемыми условиями как сзади стоящие товарищи по несчастью втащили меня вглубь комнаты. Звук поворачиваемого ключа меня уже не удивил. Свет включить нам не посчитали нужным, а света от маленького давно не мытого окна хватала только что бы разглядеть очертания предметов. Пока я в ступоре стояла посреди помещения и обозревала этот сарай, комнатой, а тем более спальней назвать это язык не поворачивался. Остальные разошлись в стороны и стали устраиваться на матрасах, что лежали вдоль стен. Видно напрягало это только меня.
Описывать как прошла ночь я не стану. Лечь на воняющую плесенью тряпку мне не позволила брезгливость. Я так и просидела всю ночь на полу. Не удивительно что и настроение с утра было подстать состоянию.
– Вставайте! – заорал мужчина в форме стоя на пороге – да пошевеливайтесь. Я кому сказал? – И эта особь, так сказать, мужского пола со всего размаха пнул близлежащего к нему крестьянина.
Мне пришлось сцепить зубы и промолчать. Ругаться с охранником я не собиралась. И на это есть ряд причин. Во-первых, он сам ничего не решает и сам скорее всего копирует поведение вышестоящего, во-вторых скандалить сейчас это привлечь лишнее внимание. Ну и я в-третьих, мне, как я не храбрилась было страшно, а после рассказов деревенских девушек и вовсе топать ногами не хочется.
«Пока не выясню насколько все страшно буду молчать и не светится лишний раз. Моего отца тоже многие боялись, а я взяла и сбежала. И здесь выберусь!» Так я убеждала свою совесть, пока мы шли к кабинету как я поняла экономки.
Я внимательно ее оглядела. Первое впечатление и самая устойчивая ассоциация возникшая у меня – это крыса. Худая и высокая, ее можно было бы назвать симпатичной если бы не выдающаяся часть тела и это часть длинный и прямой нос. Темные прищуренные глаза только усиливали сходство.
– Построится в шеренгу. – гаркнул сопровождавший нас мужчина.
– Вас взяли в дом светлейшей сиры Лауриндиэ! – пафосно начала женщина. – С это дня вы стали больше чем просто грязные деревенщины. Вы служите великой госпоже и если проявите себя, то может быть через несколько лет кого-нибудь повысят до личной помощницы.
– И этим мы должны гордиться? – не смогла промолчать я – А если я не хочу никому прислуживать? Можно мне отправляться назад?
– Неужели не понимаешь, ты… – она явно хотела меня обозвать, но сдержалась – это твой единственный шанс на нормальную жизнь? Встретить нормального мужчину, дать ребенку хоть какое-то образование? Да элементарно получить защиту сильного дома и нормальные условия жизни? – с каждым словом она подходила на шаг ближе ко мне пока не встала вплотную, возвышаясь надо мной как каланча.
– Я бы поспорила по большему числу пунктов, но даже если я согласна с вашими утверждениями и не хочу всего этого достигать можно мне отправиться назад. – я стояла прямо и смотрела ей в глаза не отрываясь. Я не боялась. Весь ее устрашающий взгляд не был и вполовину так страшен как у отца. – Меня даже отвозить не надо, я сама доберусь.
Умом я понимала, что меня не отпустят, но отстоять приемлемые условия жизни и элементарное человеческое отношение я просто обязана.
Экономка просто взрывалась от негодования. Похоже я нажила себе персонального врага.
– Я пока не назначу тебе наказания. – прошипела эта крыса – раз тебе так нравится жить в грязи будешь с сегодняшнего дня убирать в загонах диких аверо. Посмотрим на сколько тебя хватит. По тому как побледнели остальные новенькие эти аверо что-то страшное и наверняка хищное.
– На каком основании? – я продолжала стоять с прямой спиной. Раз уж вылезла буду стоять до конца – Какая оплата мне полагается? Форма и все необходимое? Рабочее время и место для отдыха? Все должно быть прописано в договоре! А я пока ничего не подписывала.
– Конечно, конечно! – подозрительно легко согласилась она, а я только сейчас подумала, что то, что я говорю и понимаю речь еще не гарантирует того что я смогу на нем и читать!
