Повесть Владимира Виджая (псевдоним Владимира Арутюняна) «Кровь не вода» – это воспоминания о нашем далеком и почти вчерашнем прошлом… Действие разворачивается на фоне событий 1930-х годов, Великой Отечественной войны и последующей «холодной войны» между СССР и США. Герои повести – советские разведчики, отважные, по-рыцарски благородные, самоотверженно преданные своей стране и своим близким.
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
В жизни многих замечательных людей, хорошо известных большому кругу читателей, людей менее знаменитых и малоизвестных, и вообще в жизни людей совсем обычных есть много белых пятен.
Никто не знает, когда, почему и как эти люди становились – или добровольно, или против своей воли, или даже насильно – участниками тех или иных событий…
В предлагаемой читателю повести есть много белых пятен, заполнение которых определенным содержанием столь же легко подвергнуть сомнению, сколь трудно и отвергнуть…
Очень многое, что мы знаем о прошлом, время от времени опровергается пытливыми современниками… И этот процесс будет продолжаться вечно, потому что прошлое нас влечет, иногда завораживает. Мы всегда хотим убедиться, что то, что мы знаем о прошлом, действительно имело место… Мы учимся жить, понимая и изучая наше прошлое…
Перед вами – воспоминания о нашем далеком и почти вчерашнем прошлом…
Вечная связь между днем вчерашним и днем сегодняшним и есть наша жизнь…
В деревне Брызгалове, что стояла на берегу Иртыша, местного скорняка Иннокентия знали как человека набожного и трудолюбивого. Он часто посещал мужской монастырь неподалеку от деревни и подружился там с монахом Федором, человеком умным и совсем, как казалось Иннокентию, необычным. Необычным скорняк считал его, конечно, за ум, но умные люди встречались ему и раньше. Федор же отличался глубоким знанием истории российской и истории иноземных стран. Он мог толково беседовать о разных предметах и событиях. Для Иннокентия, человека тоже совсем неглупого, Федор был большим философом и мыслителем. А Федор нашел в Иннокентии прекрасного слушателя, собеседника. Одним словом, они стали друзьями.
Сегодня Иннокентий, вернувшись из монастыря, заперся в своем небольшом доме, упал на колени перед иконой, подаренной ему его дедом, и долго молился за упокой души своего друга: монах Федор умер у него на руках. Это была большая потеря для Иннокентия. Он редко привязывался к людям так, как к Федору, и ему казалось, что жизнь теперь потеряла свой смысл.
Закончив молитву, скорняк сел на кровать и задумался. Горечь утраты боролась в нем с другим чувством, вызванным предсмертными словами монаха. Иннокентий, уже в который раз, повторял их про себя и каждый раз приходил к выводу, что слова эти были сказаны Федором в бреду и не имеют никакого отношения к реальной жизни. Дело было в том, что перед самой смертью монах Федор открыл своему другу страшный секрет. В тайге живет вдова охотника – Дарья, с которой монах познакомился, заблудившись в лесу. Так вот, эта Дарья родила от Федора сына Павла. И монах просил побеспокоиться о мальчике, добавив:
– Все-таки он – царский сын.
Это никак не укладывалось в голове скорняка, поэтому Иннокентий был склонен посчитать все это бредом.
На следующий день утром Иннокентий вновь отправился в монастырь. Монаха Федора похоронили во дворе монастыря. Настоятель, отец Михаил, сказал, что Бог забрал к себе человека достойного и, возможно, святого.
Возвращаясь к себе домой, Иннокентий все время думал о Дарье. Про себя он все-таки решил навестить ее. Уже через три дня отправился он в тайгу, по дороге перебирая в памяти откровение монаха. В словах Федора было много реального. Дарья действительно существовала. Иннокентий хорошо знал ее мужа – охотника Никиту, бесследно пропавшего в тайге.
Дом Дарьи Иннокентий нашел без труда. Иногда он бывал у них, чтобы выбрать хорошие шкурки. Дарья заметила скорняка, когда тот вышел на вырубленную еще ее мужем просеку. Она сразу почувствовала что-то неладное. От Федора она знала об их дружбе и, видя приближающегося скорняка, сама вышла из дома с ребенком на руках.
Скорняк увидел ее и остановился. «Значит, все правда», – подумал он. У него даже закружилась голова. Он продолжал стоять и смотреть на нее. Дарья первая пошла к нему навстречу, и, когда они были уже совсем близко, она почти прошептала:
– Что стряслось?
Иннокентий прикоснулся к ее плечу рукой, и они молча пошли к дому. Сидя в доме друг против друга, они все еще молчали, их глаза встретились, и он подумал, что никогда не замечал, какое красивое лицо у Дарьи. Она выжидающе смотрела на него, и тогда скорняк, опустив глаза, тихо сказал:
– Умер Федор.
Иннокентий рассказал Дарье о предсмертном разговоре с Федором, умолчав о царском сыне. Дарья плакала. Плач ребенка привел ее в чувство.
– Павлуша, милый мой, наш папа скончался. Сироты мы с тобой остались, – запричитала мать.
