— Стой! — Встал со стула мой руководитель. — Ты утверждаешь, что Хан оскорбил тебя!? Каким образом?
— Ну, он назвал нас, и меня в том числе, сопляками. — Неуверенно сказал я, только не понял, чем это может помочь мне.
— Видишь Рапша, в деле открываются новые подробности! Оскорбление можно расценить и как вызов. — Руководитель обратился к волку. Блин, сколько ему лет, если его так зовут?
— Я внял твоим доводам Герман, но ты должен понять, что и Рустам прав, твой ученик пошёл против наших законов. Он сам это сказал, так что я не могу оставить это без наказания. — Волко-оборотень повернулся к моему руководителю.
— А пускай он пройдёт испытание. — С загадочным видом произнёс представитель росомах. — Раз уж он такой правый борец за взаимовыручку и помощь другому. Вот и пускай докажет свою точку зрения в бою.
— Интересное предложение Олег, но против кого? — задумчиво приподнял правую бровь Рапша. — Уж не хочешь ли ты предложить свою кандидатуру?
— Ни в коем разе! Помните, для чего наши предшественники придумали свод правил Оборотней?
— К чему ты клонишь Олег?! Не хочешь сам выходить против этого выродка, так я сам согласен! — Отец Хана мрачно улыбнулся глядя на меня.
— Не спеши Рустам, свод правил придумывали, прежде всего, для подготовки молодых оборотней к войне с ночными охотниками. — Рапша встал, и посмотрел прямо на меня. — Я принял решение. Бероев Михаил, согласен ли ты пройти испытание боем с вампиром?! Если ты откажешься, то будешь исключён. У тебя есть минута для принятия решения.
Все сели и пристально уставились на меня, блин, почему ухмыляется отец Хана? Или он думает, что мне так и так крышка? Похоже, дело моё швах, я трезво оценивал свои силы, против трёх-четырёх тигров у меня нет ни малейшего шанса. Остался только один выход:
— Я согласен на схватку с вампиром!
— Что ж, это было предсказуемо, тогда сегодня ночью, в двенадцать часов на школьной арене, ты будешь биться насмерть с новообращённым вампиром Ноосферату! — Председатель суда улыбнулся глядя на меня своими холодными глазами. — У тебя есть несколько часов, чтобы узнать о кровососах несколько больше.
Мой руководитель стремительным шагом направился ко мне, и молча поманил меня за собой. Ничего другого мне не оставалось делать, как идти за ним. Как только мы вышли из актового зала, я оказался в окружении своих новых друзей.
— Тебя исключили??? Или нет!? — Надрывался Костя больше всех.
— Нет. — Тот факт, что мне предстоит драться насмерть с вампиром, мало меня радовал.
— Ему предстоит встреча с вампиром! И отстаньте от него, у него сейчас нет времени на пустую болтовню! — пресёк все разговоры Герман Евгеньевич. — А ты парень, следуй за мной, я тебя сейчас кое с кем познакомлю.
Мы скорым шагом двигались в ту часть школьного посёлка, в которой я ещё не был. С каждым шагом мы удалялись от основных здании школы, вскоре закончилась и тропинка. Мы зашли под свод старых сосен, руководитель вёл меня одному ему знакомым путём. Через пять минут мы вышли на полянку, на которой посередине стоял каменный дом без окон.
— «Будь осторожен, братец! Я чую впереди опасность!» — обозначил себя Малыш.
— Заходи, — Герман Евгеньевич показал на единственную дверь, и показал мне пример.
Внутри дома была полная темнота, я что-то сшиб в темноте, на звук падения ко мне обернулся мой руководитель, я понял это по мерцающим жёлтым глазам. Хотя сначала они меня немного напугали, стало немного светлей, из темноты проступали очертания старинной мебели.
— Хоть кто-то догадался свет где-то включить, правда, всё ровно мало что видно. — Сказал я сам себе, переступая через упавшую подставку для зонтов.
— А здесь никто и не включал свет, просто ты всё больше становишься оборотнем. Вот уже и в темноте видеть начал, а теперь прислушайся к своему чутью, ничего тревожного не замечаешь? — В темноте лицо учителя с жёлтыми глазами, казалось вырезанной африканской маской.
Я остановился и прислушался, но ничего не услышал, кроме своего дыхания. Тогда я закрыл глаза и принюхался, сначала кроме застоявшейся пыли, и знакомого запаха медведя ничего не смог учуять, но чем больше я так стоял, тем больше в моём сознании становилась запаховая карта местности. И вот, когда я уже решил бросить работу пылесборника, в нос шибанул отвратный запах смерти, именно так пах тот оборотень, которого я убил на даче у Архиповых после смерти.
— Я чую смерть. — И открыл глаза. Учитель повернулся к тёмному проёму, и крикнул:
— Антуан! Вылезай, мне нужна твоя помощь!
После его крика ничего не произошло, никто не вылетел с ужасающим воем, или с приветствием. Пыль, возмущённая громким криком учителя постепенно улеглась, в доме повисла звенящая тишина. Я искоса поглядывал то на учителя, который пристально смотрел на тёмный проём, то вокруг, не изменилось ли что-нибудь.
— Герман, это ты?! Ты пришёл навестить старого и бедного вампира? — Из ниоткуда раздался спокойный и тихий голос. — Или ты пришёл порадовать аппетит старого друга этим молодым человеком?
