Кровь тайны полностью

Внимание Тревиса привлек лист бумаги, прибитый к столбу. Очередная заповедь? Он подошел поближе и увидел знакомый плакат, который висел в задней части салуна.

Тревис сорвал плакат с гвоздя, сложил его и засунул в нагрудный карман рубашки. Может быть, стоит зайти в тюрьму, чтобы проведать Даржа. Впрочем, Тревис сомневался, что сейчас там могут возникнуть какие-нибудь проблемы. У него вдруг появилось ощущение, что в Касл-Сити не осталось людей.

Затем он заметил толпу, собравшуюся возле черного фургона.

Тревис обнаружил, что медленно приближается к толпе. Фургон стоял на перекрестке Лосиной улицы и какого-то переулка. Прямоугольное сооружение с круглым оконцем на боку; черные лакированные панели облупились и покрыты пылью. Сначала Тревис подумал, что это дилижанс. Но потом сообразил, что форма, цвет и слишком маленькое окошко говорят о другом: фургон и в самом деле перевозил пассажиров – в гробах.

Уныло понурив головы, перед фургоном стояли две тощие кобылы. Казалось, им не под силу протащить фургон и несколько ярдов, не говоря уже о горных перевалах. Два десятка человек, собравшихся вокруг фургона, выглядели ничуть не лучше. Судя по оборванной одежде, старатели и прачки. На усталых лицах не осталось сил ни на надежду, ни на отчаяние.

Когда Тревис подошел к толпе, ветер изменил направление и Тревис услышал голос. Он гремел, словно гром с ясного неба. Тревис сразу его вспомнил. Он обогнул толпу и увидел оратора.

Дверь в задней части фургона была широко распахнута, а на деревянных ступеньках стоял мужчина. Когда Тревис видел его в прошлый раз, он выглядел точно так же. Кожа напоминала пожелтевший от времени пергамент, натянутый на скелет, а черный костюм, казалось, только что извлекли из могилы. В одной длинной руке он держал широкополую пасторскую шляпу, а другой, сжатой в кулак, потрясал над головой.

– …и нет никакого смысла надеяться, что дела пойдут лучше, – продолжал громогласно вещать брат Сай. – Надежда села на последний поезд, уходящий в Денвер, и не думайте, что она будет оглядываться. Вы остались одни, и вам не на кого рассчитывать. – Тут в черных глазах проповедника появилось хитрое выражение. – Если только вы не захотите сами помочь себе.

– А что мы можем сделать? – выкрикнул один из старателей. – Я больше не в силах поднимать кирку. Мои легкие – мне кажется, что они горят в огне. Но если я перестану работать на руднике, мои жена и дети умрут от голода.

– Что вы можете сделать? – взревел брат Сай, выпрямляясь во весь свой огромный рост, так что толпа невольно отступила на шаг. – Плюнуть в лицо Смерти, вот что вы можете сделать. Вы можете выбрать участок для собственной могилы, а потом сплясать на нем. Вы можете смеяться до тех пор, пока у вас хватит дыхания, а когда оно кончится, вы будете знать, что потратили его не зря.

Женщина подняла вверх руки.

– Звучит замечательно, но вряд ли таким способом мы сможем заработать себе на хлеб.

Брат Сай рассмеялся.

– Не сможете, мадам. Вы правы. Мои слова вас не исцелят, и не накормят, не сделают богатыми, и не дадут то, чего у вас нет.

– Тогда зачем нам тебя слушать? – крикнул мужчина, подняв кулаки над головой.

– Потому что, – раздался тихий голосок, – он говорит правду, которой боится большинство жителей вашего города. И только у вас хватило смелости прийти его послушать.

Толпа притихла. Брат Сай спустился на землю, а в дверях катафалка появились девочка и женщина. Волосы девочки были такими же черными, как платье, а на лице розовощекого ангела сияли фиалковые глаза. На женщине было точно такое же платье, как на девочке, с высоким воротом и без всяких украшений, но пышные рыжие волосы свободно спадали на плечи, огненными сполохами окружая лицо. В глазах читалась боль.

Девочка сложила маленькие руки.

– Только мошенник предлагает надежду там, где ее нет. Только Дьявол берет тебя за руку, чтобы повести к радости, когда единственная тропа усеяна шипами.

– Малышка Саманта говорит мудро, – вновь вступил брат Сай, теперь его голос стал скрипучим, но его продолжали внимательно слушать. – Я хочу лишь сказать, что вы еще успеете побыть мертвецами. Не ведите себя так, словно вы уже мертвы. Вам дали жизнь вовсе не для этого. Я не в силах . забрать ваши болезни. Я не могу дать вам денег. Но помогу найти правду, а в наши дни она ценнее золота, нужнее воды в пустыне.

Брат Сай замолчал.

– И в чем же она? – спросил мужчина, который перед этим кричал, подняв кулаки.

– О чем ты? – фыркнул проповедник.

– О правде, которую вы обещаете нам дать.

И вновь на лице брата Сая появилась жуткая кривая ухмылка.