— Тебе просто надо привыкнуть. У тебя не самый простой период, — Джинни встала со скамейки и поманила детей к себе, — а сейчас нам пора в Нору.
*
Вечер в Норе прошел ужасно. Гермиона была взвинчена предстоящей вылазкой со Снейпом и так старалась это скрыть, что только больше раздражалась. Хорошо, что Рона не было, плохо, что она не могла не думать — куда это он делся? Ушел, потому что знал — она придет или занялся организацией своей личной жизни? Странно, иногда Гермиона представляла, что бы она делала если бы узнала об изменах Рона, и ей казалось — ничего. Она была уверена, что сможет остаться спокойной, ее это не затронет так глубоко, как могло бы, просто потому, что она разумная женщина, а они с Роном многое пережили, и измена — не самое страшное… А оказалось все совсем иначе. Он не изменял, пока они были вместе и не факт, что нашел кого-то сейчас, но отчего-то заранее было обидно и хотелось запустить в ту, кого Рон выберет, тех самых желтых и очень агрессивных птичек. Как будто этого было мало, Рози раскапризничалась и ни в какую не желала отправляться к тете Джинни, стеная, что не может так рано покинуть свою любимую Момо. Прозвище Молли, выдуманное Рози, Гермиону тоже раздражало.
«Слишком много того, что меня выбешивает», — подумала Гермиона, размешивая в чашке чая сахар.
— Что-то ты совсем дерганная стала, девочка, — сказала Молли, садясь напротив: она только что проводила Джинни с Джеймсом домой. — Рон дурак, но я уверена — он одумается. У мужчин, почти у всех — бывает и именно лет в тридцать. Вдруг они начинают думать, что жизнь прошла мимо и зря, а они не успели то и это, а семья мешает успеть то и это, — Молли ласково улыбнулась.
— Нет, — Гермиона подперла щеку рукой, — дело не в нем. Рон хороший, а я… Наверное, я слишком много хочу сразу. И чтобы семья идеальная, и чтобы на работе все хорошо, ладно и складно, а еще саморазвитие и вот это вот все. У меня не хватает духа отказаться от чего-то.
— Я тебя понимаю, — Молли потянулась к ней и сжала ее ладонь, — понимаю. Думаешь, я всегда и всем была довольна? Или, считаешь, Артур никогда ничего подобного не откалывал? Просто время идет и все это теряет свою значимость. Важно, чтобы те, кого любишь, были живы-здоровы, остальное — такая ерунда, — Молли ободряюще улыбнулась. — Все наладится, вот увидишь, — уверенно заявила она и Гермиона не стала с ней спорить.
*
Гермиона уложила Рози спать, почитав ей сказки, посидела рядом со спящей дочкой, тихонько гладя ее по голове. До встречи оставалось много времени и Гермиона засела за работу, чуть не пропустив момент, когда пора было собираться. Она выбрала удобные кроссовки, простые черные брюки, черную водолазку, накинула сверху серый плащ — гибрид обыкновенного тренча и мантии, очень модный в обоих мирах, а черноты она ему всегда добавить успеет. После раздумий скрутила волосы в пучок. Самой себе она казалась жутко серьезной, взрослой и таинственной. Удовлетворенно кивнув своему отражению, Гермиона, взглянула на часы: было без пяти двенадцать. Приходить раньше Гермиона была не намерена, но и ждать Снейпа не хотела. Она дождалась, когда длинная стрелка почти догнала маленькую и шагнула в камин — на месте она была ровно в полночь.
Снейп вышел из камина сразу следом за ней, поднял бровь, явно давая понять, что не ожидал увидеть ее на месте, она в ответ состроила не менее удивленную гримасу. Снейп кивнул и не размениваясь на такие пустяки, как приветствие или хоть какое-то объяснение, что им предстоит дальше, направился к выходу. Гермиона, вздохнув, зашагала следом. Они вышли из трактира, прошли по улице не более дюжины ярдов и остановились у невзрачного домика. Снейп достал простой, разве что большой, ключ, отпер дверь и, освещая себе дорогу Люмосом, смело зашагал по длинному и пыльному коридору. Гермионе оставалось только идти след в след. Коридор кончился еще одной дверью, за которой оказалась лестница в подвал, а там еще одна лестница и еще один коридор.
— Еще один тайный ход в Хогвартс? — почему-то шепотом спросила Гермиона.
— И это очевидно, — бросил Снейп.
Они почти что бежали и когда Снейп остановился, Гермиона чуть не уперлась носом в его спину. Он взмахнул палочкой — молча, по коридору в обе стороны прошелся вихрь и осел у их ног: судя по всему, засады не было.
— А теперь стойте здесь, не колдуйте без моего указания, — заявил Снейп.
Гермиона кивнула. По правде говоря, она привыкла быть главной, привыкла руководить, и даже дома, с Роном, часто вела себя именно как начальник — трудно после долгого рабочего дня перестроиться на иной стиль общения. И сейчас этот тон Снейпа… раздражал, но вместе с тем что-то было правильно в том, что он шел первым и отдавал приказы. Видимо, — подумала Гермиона, — учителей и после десяти лет окончания школы воспринимаешь по-особенному, все время кажется, что они знают больше. Даже если это давно не так.