Она издает странный клекот. И тут же – звук в комнате. Словно кто-то резко отодвинул стул от…
Кровник поднимает пистолет.
– Безопасное место? – шипит Пилотка из темноты. – Да?
Она стукает его кулаком в грудь.
– У тебя ни одного целого стекла в окнах, придурок! – говорит она. – Там во дворе солдаты лежали и по Белому Дому стреляли! А в них откуда-то оттуда же в обратку снайперы гасили!..
Кровник, наконец, понимает, что за звуки доносятся со стороны зала: это пули изредка чиркают по кладке фасада, подоконникам и балконам. Влетают в выбитые окна квартир.
– Солдаты? – спрашивает он. – По Белому Дому? Точно?
– Ну не знаю… куда-то в ту сторону стреляли… Солдаты свалили уже часа три как, а снайперы ни хера не унимаются… как гасили, так и гасят… Я тут в коридоре все время просидела, только в туалет сходила… Вернее, сползала… А малая твоя где? – спрашивает Пилотка.
Он ставит чемодан на пол.
– Пошли в ванную… – говорит он, извлекая из карманов пачку ваты, бинт и пузырек с йодом. – Поможешь.
Выпотрошил аптечку в «шестере». Слава Богу, хоть была она там, эта аптечка…
Они включили свет и плотно прикрыли за собой дверь совмещенного санузла. Кровник полез за унитаз и с трудом отвернул краны водоснабжения.
Сел на борт ванны. Пилотка промыла его плечо теплой водой, обработала йодом, стала бинтовать.
Рана действительно пустяковая. В смысле, могло быть гораздо хуже.
– В тебя целились? Или шальная?
– Да…
– А малая-то где?
Он дернул щекой.
– Телефон в коридоре? – спросил вдруг.
– Неа… нету…
– Значит, в кладовке, – он осмотрел забинтованное плечо. – Все?
– Вроде да… – она развела руками. – Как смогла.
– Спасибо.
– Пожалуйста.
Он встал с бортика.
– В кладовке телефона нет. У тебя там пол-ящика просроченной сгущенки, коробка диафильмов и макулатура… газеты с журналами старые.
– По чужим вещам лазишь? Ну-ну…
– Я сигареты искала, курить охота, больше чем трахаться… уши уже опухли.
– А где же телефон? – спросил Кровник у своего отражения в зеркале над раковиной: синяк, занимающий собой всю левую сторону лица, уже подернулся по краю желтизной. – А? Где он?
Пилотка закрутила оба крана, подошла к двери ванной и приоткрыла ее. Приблизила, к узкой щели ухо, прислушиваясь. Посмотрела на Кровника:
– Не стреляют… кажется…
Они вышли из ванной, выключили свет, постояли в узком коридорчике, одним концом своим уходящим в кухню, а другим в прихожую.
– Да, – сказал Кровник, – не стреляют. Но булки расслаблять не стоит.
Он пошел в сторону прихожей, к дверному проему, ведущему в зал, выделяющемуся светлым прямоугольником на фоне темной стены: свет электрических фонарей, проникающий с улицы. Пилотка двинулась за ним.
Оттуда – со стороны зала, из выбитых окон – ощутимо веяло холодом. Кровник чувствовал, как испаряется тепло с поверхности его тела.
Оттуда же, со стороны зала – звуки.
Голоса, долетающие сейчас из узкого двора-колодца, возбужденно кричащие – то ли угрожая, то ли приветствуя.
– Стой здесь, – сказал он и, пригнувшись, тенью метнулся через дверной провал в комнату. Пилотка что-то возмущенно зашептала ему в ответ. Он быстро подошел к оконному проему и, поднырнув под него, оказался рядом с дверью, ведущей на балкон. Обычная балконная дверь. Стекол в ней, как и в окнах, не было. Все стекло было на полу комнаты. Как Кровник ни старался, оно все равно пару раз хрустнуло у него под подошвами.
Он осторожно выглянул во двор. Увидел большой серый автобус, сдающий задом и пробующий развернуться вокруг песочницы. Увидел людей с автоматами вокруг него. Прислонился к стене всем телом. Пилотка сидела на полу коридора и смотрела на него в проем.
– Ты видел фильм «Гостья из будущего»? – спросила она.
– Видел… – сказал Кровник.
– Все серии?
– Да.
– А я последнюю не видела, прикинь… Пятую. В тот день, когда она шла по телику, у нас вырубили свет. Ох, как же мы все взвыли! Но свет так и не смогли включить. Дядя Дима лазил в щитке часа два. Я была так разочарована! Уууу… Ну представь: летние каникулы, мне двенадцать! Фильм этот в первый раз тогда показывали!.. Настроение прям испортилось. Я ныла весь день, но сделать-то все равно ничего не могла, понятное дело… Потом выяснилось, что пьяные на грузовике в столб врезались, оборвали линию. Только к следующему вечеру свет дали… А в тот день мы поужинали при свечах и спать легли пораньше. И ночью мне приснилась последняя серия «Гостьи из будущего». Там мы с Алисой Селезневой были лучшие подруги! Вот это была серия!
Кровник стоял, прислонившись всем телом к стене. Он видел кусок светлых обоев в том месте, где висел когда-то большой лист бумаги. Ватман. Он почувствовал свое адамово яблоко. Распухший неожиданно комок в горле.
– Чего делали? – спросил он шепотом. – С Алисой…
