Нао сидела, медитируя, направляя чакру по всем сторонам СЦЧ, полностью сосредоточившись на своей тренировке. Погода была очень хорошая, девушку обдувал тёплый ветер, а лучи солнца согревали даже душу. Такая спокойная и вполне тихая Узумаки могла показаться кому-то обычной, но… все её подчинённые понимали тот факт, что подобное поведение может потом вести к огромному взрыву с её стороны. Однако, девушка даже не подозревала о том, что произошло между её отото и странным медведем (райкаге, она его так видит).
Шого осторожно появился перед лидером, понимая, что пострадает в любом случае, если сейчас помешает Нао-химе, он слегка жестоко ухмыльнулся, а после использовал свиток призыва: рядом с Шого появился поражённый Кагами, который в изумлении смотрел вперёд, собираясь заорать, как вдруг резко заткнул сам себе рот. Тело мужчины мелко задрожало, шёпотом он произнёс своему, к его счастью, временному напарнику:
— Ты какого хера творишь, ублюдок?!
— Почему страдать должен только я? — лукавая улыбка появилась на симпатичном лице главы Чёрного Лотоса. — Скинул ответственность и довольный бегаешь, да? — частица Ки вышла из тела Узумаки, Кагами пропустил на это смешок.
— Молокосос, смеешь права качать?! — его шёпот стал громче.
Нао открыла глаза, оглядывая двух шиноби перед собой, которые даже не обратили внимания, что она уже вышла из медитации, потому что почувствовала чужое присутствие рядом, но по большей мере пришлось это сделать из-за того, что они просто тратили время организации. Смотря на их перепалку, Узумаки вдруг подумала о том, что эти двое неплохо сработались и было бы неплохо чаще ставить их в одну группу. Вздохнув, она тихо спросила, заставляя замолкнуть двух шиноби:
— Что вы делаете?
— А-а-а! — заорал, будто его вдруг начали резать, Кагами, отпрыгивая назад, его зрачки расширились, в глубине глаз был виден испуг, а капля пота скатилась по лбу. — Лидер-сама! Вы хотите меня до инфаркта довести?!
— … — Нао посмотрела на него как на идиота.
— Кха-кха, — прокашлялся мужчина, резко осознав ситуацию, — я хотел сказать, что мы нашли того, кто призывает души мёртвых.
— И? — девушка наклонила голову, поднимая маску, которая лежала сбоку от неё.
— У меня появилась идея на проверку новенького. — вступил в разговор Шого, его довольная лыба была настолько сильна, что у Кагами от злости на этого паразита вздулись вены. — Учиха Итачи пока не очень хорошо знаком с правилами организации, но уже изучил их, помимо этого он вообще не знаком с людьми, я предлагаю отправить его в качестве капитана небольшой команды для уничтожения Якуши Кабуто. — пока он говорил, его напарник молча продумывал план мести за этот инцидент перед Нао-химе.
— М-м-м. — Нао прикрыла глаза оценивая его план.
То, что предлагал представитель Лотоса неплохо, они смогут проверить этого самоубийцу на существующие слабости, а также оценить силы вживую, а не по отчётам. Также, есть вероятность, что он может привлечь к себе Саске, что было очень хорошо, чем дальше он сейчас от неё, тем лучше. Этот утконос мог принести лишь проблем своим характером, потому что, как помнила сама Нао, Саске был тем, кто требовал ответы слишком настойчиво. Этого ей не нужно, вся её бывшая команда достаточна проблемна, а учитывая то, что она ныне не может скрываться как лидер Ликориса, то её будут доставать эти дети в любом случае. Чёртов Тоби! Чтоб его Ашина покусал. Вздохнув, Узумаки покачала головой, выбрасывая эти мысли подальше, сейчас не об этом.
— А мы с Кагами… — Шого резко перебил женский голос, наполненный холодом:
— Будете следить за ними, мне не нужны глупые потери во время этой шуточной войны. — после её слов малиновые глаза резко распахнулись, неужели Нао-химе считала эту войну шуткой? Что же было в её представлении настоящей войной? Это заставило мужчину невольно задуматься обо всём.
Лидер-сама всегда выглядела так, будто множество сражений имели достаточно малую значимость, а смертность была для неё низкой, словно она знала на своём опыте, что такое высокая смертность. Эти странные слова про войну, создавали впечатление, будто она пережила все три войны, которые были до этого и считала четвёртую самой шуточной и глупой… Почему? Шого прикрыл на секунду глаза, резко ответ появился перед ним — она всегда продумывала все свои ходы и планы подробно, учитывая как различные ситуации, которые могли произойти во время этого, как плохие, так и хорошие. И если она отзывалась об этой войне именно так, то в её глазах курезато сами допустили эту войну своим безотственным поведением. А ведь и вправду, они не сильно-то и шевелились, когда похитили первого джинчурики.
— Хай. — лениво произнёс второй подчинённый, закидывая себе на плечо напарника и пропадая в белой вспышке, под очередную волну матов со стороны Шого.
