Четвёрка странных детишек начала активацию барьера… Это же. Даттебане! Гадёныши! Это ведь четырёхсторонний барьер Фиолетового Пламени! Я их искренне ненавижу, тебане! Оба каге разошлись в разные стороны и решили размяться перед битвой… Я в гневе замычала. Какого чёрта меня сюда притащили?
— Нао-чан, а ты знаешь, что я отправил людей за твои братом? — Я замерла, услышав его слова. Люди за отото…? — И дал им приказ, убить его. — Я сглотнула… могу лишиться отото? Нет-нет! Ни за что! — Они принесут голову твоего брата сюда. — После этого, Орочимару рассмеялся. Этот смех проник мне в сердце, мой отото в опасности, я должна спасти его. Да, я обязана, как старшая сестра.
Вновь безумие окружает меня, ведь я снова подчиняюсь кому-то. Я судорожно вздохнула, чувствуя, что у меня трясутся руки и ноги. По телу прошлась дрожь.
— Наруто-кун умрёт самой мучительной смертью, ведь его старшая сестра не сможет придти на помощь. Будто бросила.
— Зачем…? — Еле выговаривая слова, спросила я у него. Третий что-то бубнел, но я не слышала его.
— Так я смогу помочь Саске-куну пробудить силу шарингана. — Он хочет воспользоваться отото… Не позволю.
Я почувствовала знакомые симптомы пробуждения странной печати. Учащённое сердцебиение, тревога, чувство опасности, потемнение в глазах. В этот раз, всё было серьёзней, сильней… Сердце будто немного сдавило. Я пошатнулась, сглотнув слюну. Дрожь, она пропала, вместо неё, пришла апатия и… жажда крови. Из меня сделали монстра?
Вновь темнота, я не могла больше сопротивляться… Прошу, Шинигами-сама, пусть с отото, всё будет хорошо, даттебане!
***
От третьего лица
— Ку-ку-ку, теперь, Нао-чан стала моим ручным питомцем. — Рассмеялся змей, наблюдая, как золотые печати распространяются по телу девочки.
— Орочимару! — Третий оказался в сложной ситуации, ведь он ничего не знал про Нао. — Что ты сделал с ней? Ты поставил на неё свою печать?!
— Нет, Сарутоби-сенсей. Нао-чан такая с самого начала, у неё выработана защитная реакция на опасность, как я понял. — Предположил санин, наблюдая, что она уже почти сдалась. — Пора приступать. — Он сложил печати и начал призыв гробов.
Узумаки Нао стояла, схватившись за сердце. Её дыхание было сбитым, она глубоко дышала, будто ей не хватало кислорода. Золотые печати, напоминающие технику Тенроу, они расходились от живота, распускаясь, словно бутон цветка. Девочка, еле держалась на ногах… Печать достигла головы. По её лицу расположились золотые линии, проходя через глаза и спускаясь по шее. Они сходились на макушке. Когда печати сошлись, она перестала тяжело дышать, и двигаться, замерла, как статуя. Из её груди появились цепи-чакры, которые окружили девочку. Красные волосы полыхали за спиной, Ки вырвалась наружу, поражая сильных противников.
— Эдо тенсей! — Орочимару призвал двух из трёх гробов, крышки первых упали на крышу, поднимая её пыль. Вскоре вышли Тобирама и Хаширама.
— Много времени прошло, Сару. — Произнёс Хаширама, переведя взгляд с третьего на девочку.
— О? Это ты? Ты состарился, Сарутоби. — Также поприветствовал странным образом Тобирама, посмотрев на девочку. — Кто это?
— Ку-ку-ку, это Нао Узумаки. — Оба каге удивлённо расширили глаза, посмотрев на девочку другим взглядом.
— Неужели, это она, Тоби? — Немного боязливо спросил Хаширама, будто сразу проснувшись ото сна.
— Чакра… Это она. — Подтвердил Тобирама, они наблюдали за ней.
— Нао-чан, вы знаете её? — Заинтересовано спросил Орочимару, подслушав шептание двух каге.
В этот момент, она наконец отмерла и подняла голову. Её взгляд янтарных глаз был направлен только на Орочимару. Её глаза подтвердили все догадки Хаширамы и Тобирамы, однако, когда она двинулась на Орочимару и в мгновение оказалась перед двумя каге, она снова остановилась, её цепи замерли в сантиметре от двух каге. Рука девочки задрожала, а глаза расширились.
***
POV Нао
Я снова была во тьме, пока не увидела знакомую женщину, она вновь вытащила меня из тьмы, с тёплой улыбкой сказала, что мне сюда рано. Однако, я не сразу пришла в себя, перед этим, я увидела знакомые лица.
— Вы…? — Хаширама и Тобирама, какого неестественного цвета. Я почувствовала свободу, сердце перестало сжимать от неизвестной силы. Я оказалась там же, на крыше. Однако, эти двое не исчезли. — Какого хрена, даттебане?! Я чего катушкой поехала, мать моя Шинигами?! — Крикнула я, с испугом отпрыгивая от двух каге. — Третий, какого чёрта? — Я с обвинением глянула на Сарутоби, так как тот мне попался на глаза.
— Нао-чан, это техника воскрешения. — Чуть посмеиваясь сказал мне он.
— Так они настоящие, тебане? — Я немного потупила, а потом вспомнила один факт: они меня знают, даттебане! — Вы! Хоть слово и я позову сюда Дару-куна, если что-то не то вякните, услышали?
— А…
— Я про Ми-чан не забыла, тебане. — Прервала я Хашираму, который что-то хотел мне сказать.
— Н…
— Я и про Зуну-куна не забыла, даттебане. — Добила я Тобираму. Вроде всё, я вздохнула.
— А можно поговорить наедине?
