– Совершенно точно. Представь себе, как они боролись за контроль. Ты видел в кино, как два человека борются за управление автомобилем? Так в конце концов старый животный разум был вытолкнут на заднее сиденье в положение непрошеного советчика, каковым и остается до сих пор.
Она дала мне время это пережевать, пока готовила ужин. Голова у меня шла кругом. И дело было не только в пиве. Она плевалась вопросами.
Когда мы доели пиццу, Бернадетта слизнула с пальцев томатный соус и сказала:
– Ладно, мы остановились на том, что неандертальцы вдруг обрели новый разум, который захватил над ними власть и обратил их в обладающих сознанием людей, умеющих думать и принимать решения. Впервые в истории они стали думать, как ты или я.
– Вроде как я могу себе сказать, что меня зовут Ник Атен, я сижу в этой комнате, пью пиво, – да?
– И это то, на что не способно ни одно другое животное на земле. Ты попал в точку, Ник. Ладно, теперь давай вернемся на пятьдесят тысяч лет назад. У молодых остался все тот же животный ум. Таким образом, в сущности, образовались два разных вида. На этой территории для двух конкурентов места нет. Один вид должен умереть. И тогда эволюция достает из рукава новую карту. Видишь вон тот компьютер? Нажмешь нужные кнопки – и на экране появятся мои рабочие файлы. Нажмешь другие – вылезут компьютерные шахматы. Еще другую – военные игры. Они лежат в памяти компьютера, их там десятки программ – готовых к действию. Они только ждут, чтобы кто-то, знающий нужные коды, их вызвал. Твой разум, Ник, и вообще любой разум содержит скрытые программы, как этот компьютер. Если ты знаешь нужные коды, ты их можешь вызвать и использовать. Ты мне не веришь?
– Вроде бы верю, только это надо переварить.
– Ты слыхал, как женщины говорят, что до рождения первого ребенка они думали, что не знают, как ухаживать за детьми. Но ребенок рождается и – щелк! Вдруг они себя чувствуют прирожденными матерями. Так, Ник, теперь представь себе, что тебе восемь лет. Что ты будешь делать, если девочка захочет тебя поцеловать?
Я ухмыльнулся:
– Найду дыру и спрячусь. В этом возрасте мальчики девчонок терпеть не могут.
– А если вам обоим будет по семнадцать?
– Ну, это совсем другое дело!
– Все потому, что где-то лет в тринадцать часы твоего организма нажали нужную кнопку и вызвали в голову новую программу. Прежнее отвращение к девчонкам отменяется, они становятся восхитительными. Программа дает тебе информацию, как раздобыть себе девчонку и – более или менее – что с ней делать, когда раздобудешь.
– Я помню, когда мне было тринадцать, один мой друг у себя всю парту исписал словами СЕКС, СЕКС, СЕКС. Банально, но мы хихикали часами, пока голова не заболела.
– Вот так и пятьдесят тысяч лет назад в разуме включилась новая программа. И это была непреодолимая тяга к убийству собственной молоди. Мы видим, что это происходит и сейчас. Систематический и самозабвенный крестовый поход взрослых ради уничтожения детей. Потому что теперь мы принадлежим к разным видам.
– И они не перестанут давить на эту геноцидную кнопку, пока не убьют нас всех.
– Или пока мы не уничтожим их.
– То есть... они или мы?
– Верно. Вот почему сегодня не осталось живых неандертальцев.
– А почему у нас тогда вид не такой, как у пещерных людей – с волосами и челюстями?
– Когда за одну ночь произошли глубинные ментальные изменения, физические изменения к тому виду, который у нас сейчас, произошли, наверное, постепенно, на протяжении нескольких поколений.
– Но к чему тут относятся сознательный и бессознательный разум? В наше время они тут с какого боку? Бернадетта улыбнулась:
– Ты ложись, дай я тебе опять спину промассирую. Знаешь, мне от этого удовольствия не меньше, чем тебе... Вот так. – Она глубоко вздохнула и принялась за работу. – Это может быть сюрпризом – что у тебя два разума в голове. Опять-таки, если хочешь разобраться в этом детальнее – вон целая полка книг по психологии, не стесняйся. – Она полила мне спину массажным лосьоном и стала втирать его ниже лопаток. – Один из разумов – это тот, который делает тебя тобой. Твоя личность. Твои симпатии и антипатии. То, почему ты любишь носить эту кожаную куртку или предпочитаешь кино такое, а не этакое.
– Это и есть новый разум, который одолел старый животный?
