В Копенгагене наступила суровая зима. Следователь Йеппе Кернер только что вернулся из отпуска, но его хорошее настроение длится недолго – в парке в сугробе найдено тело мужчины. Поначалу полиция считает, что это замерзший бездомный, но вскоре выясняется, что это зверское убийство знаменитости в мире моды. Но кто и как его убил остается загадкой.Йеппе Кернеру поручают вести дело вместе с коллегой Анетт Вернер. Они выясняют, что жертва была очень хорошо знакома с лучшим другом Йеппе – Йоханнесом Ледмарком, но он бесследно исчез. Что заставило его сбежать? Грозит ли ему опасность? Или это он виновен в преступлении? Йеппе Кернер все глубже и глубже увязает в запутанной паутине лжи.Книга переведена на 26 языков.
Blodmane
Katrine Engberg
Published by agreement with Salomonsson Agency
Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
Моему отцу, Яну Леону Катлеву, любителю полной Луны.
Это высокие слова; мы должны быть уверены,
что заслужили их. Вслушайтесь, как они звучат: «Я тебя люблю».
Далила уперлась руками в сырую кирпичную стену туалета и расставила ноги, чтобы клиент смог протиснуться в кабинку. Вместе с каблуками ее рост составлял сто восемьдесят сантиметров, мужчина был гораздо ниже и не представлял собой ничего выдающегося. Ему не сразу удалось войти в ее плоть; он схватил Далилу за шею и дернул вниз, чтобы облегчить проникновение. Она не испытывала дискомфорта. Если клиент проявит излишнюю жестокость, сутенер, который контролирует ситуацию с обзорной точки у железного забора, тут же прибежит и остудит его пыл.
Она замерзла. Вообще-то она мерзла постоянно, с того самого момента, как приехала сюда около года назад; лето или зима, она не ощущала особой разницы, когда ветер забирался под пуховик и добирался до ее голых бедер. Но сейчас было хуже, чем обычно. Этот январь месяц побил все исторические рекорды холода. Местные говорили о «ледяной зиме». Если бы кто-то поинтересовался ее мнением на этот счет, она предпочла бы назвать такую погоду «ледяным адом». Но никто не интересовался. Кожа на щеках обветрилась, глаза слезились. Зато под ногами забавно хрустело, когда она прогуливалась вверх и вниз по улице Скельбэк, а парки из-за холода совсем вымирали по ночам, так что можно было спокойно обслуживать клиентов.
Она подалась вперед и прижалась к мужчине вплотную, напевая про себя какую-то мелодию и размышляя о том, какой подарок послать сыну на день рождения. Может быть, машинку, красного цвета, с пультом дистанционного управления. Ему должно понравиться.
Освободившись от семени, мужчина разразился потоком бессвязного бурчания.
Далила откинула голову назад и посмотрела на луну. Это была та самая луна, которая вставала в небе Ганы, она пробуждала то же томление. Скоро полнолуние.
Она не заметила бездомного, пока клиент неожиданно не закричал:
– Вали отсюда! От тебя несет мочой!
Он замахнулся на бродягу, даже не думая отпускать Далилу.
Бездомный стоял очень близко и странно покачивался. Для бомжа он был слишком приличен, но даже в темноте она заметила, насколько он бледный. Кажется, наркоман. Характерный отсутствующий взгляд вряд ли являлся следствием перебора с алкоголем.
– Помогите!
Шепот бездомного прозвучал так глухо, что почти растворился в стонах клиента. Но если и существовало слово, которое Далила поняла бы на любом языке и расслышала бы на любом уровне громкости, то это было именно оно.
Она послала бездомному вопросительный взгляд, но бедняга, казалось, не замечал ее. Шатаясь, он открыл рот, словно собирался сказать что-то еще. Глазные яблоки закатились и полностью скрылись под верхними веками, руки лихорадочно задергались, сухой хрип послышался из глубины широко раскрытого рта.
Затем его начало рвать, обильно и надсадно.
Изрыгаемые массы были темные и вонючие. В перерывах между двумя спазмами он открывал рот в беззвучном крике, обращенном к луне. Язык его был окровавлен, ротовая полость как будто разодрана в клочья. Он весь словно плавился на глазах.
Он рухнул; сначала осел на колени, затем тяжело приземлился лицом в снег. Под землей прогудела городская электричка.
Клиент натянул штаны и бросился к забору в сторону Нёрре Вольдгэде.
– Эй, чувак, ты забыл заплатить! – Далила кричала в основном для того, чтобы ее услышал сутенер. Уж он-то позаботится о том, чтобы выцарапать деньги у плутишки, прежде чем тот запрыгнет в свой «универсал» и рванет домой куда-нибудь в пригород, с облегченными шарами и свежевыдуманными историями о городских похождениях.
Она выудила из кармана влажную салфетку и вытерла вагинальную смазку с ягодиц, а затем наклонилась и потормошила бездомного.
– Эй! Эй, дружок, ты в порядке?
Жуткая вонь и вид травмированной ротовой полости хорошенько встряхнули ее.
– Чувак, да ты тут околеешь.
Никакой реакции не последовало.
Она огляделась, но поблизости никого не обнаружила. Не заметила она и фигуры человека, притаившегося в кустах всего в нескольких метрах за ее спиной и тихо наблюдавшего за происходящим.
Холодный прозрачный лунный свет озарял снег. Она склонилась над беднягой и, приложив кое-какие усилия, перевернула его на спину. Аккуратно отогнув полу куртки, она принялась искать.
Вот и кошелек. Наличных в нем было порядочно, насколько Далила могла оценить. С левого запястья бездомного она сняла удивительно элегантные часы.
Запихнув сокровища к себе в трусики, она до самого горла застегнула пуховик и быстро направилась под свет фонарей.
