— Тебе также известно, что как прокурор я могу выдать ордер на обыск только если есть опасность в случае промедления. Она есть? И сможешь ли ты впоследствии объяснить эту спешку?
Сон Мин тяжело вздохнул.
— Нет.
— Есть какие-нибудь доказательства других правонарушений, которые можно было бы использовать в качестве предлога?
— Никаких.
— Имеет ли лицо, о котором идёт речь, судимость?
— Нет.
— У тебя вообще есть что-нибудь на него?
— Послушай. Слово «контрабанда» всплывает как в связи с вечеринкой у Рё, так и в связи с местом преступления, где я нашёл этот пакет. Ты знаешь меня, и знаешь, что я не верю в совпадения. Я нутром чувствую, в этом что-то есть. Мне подать письменный запрос?
— Я избавлю тебя от такой необходимости и скажу «нет» прямо здесь и сейчас. Но ты сначала позвонил, так что, вероятно, уже знал, каким будет исход разговора. Это на тебя не похоже. Говоришь, совсем ничего нет? Просто шестое чувство?
— Шестое чувство.
— И давно с тобой такое?
— Я пытаюсь научиться.
— Подражать нам, простым смертным, ты имеешь в виду?
— Аутизм и признаки аутизма — две разные вещи, Крис.
Полицейский юрист рассмеялся:
— Хорошо. Ты придёшь завтра на ужин?
— Я купил бутылку «Шато Кантмерль» 2009 года.
— Твой вкус слишком возвышен, а манеры слишком утончённы для меня, дорогой.
— Но ты тоже можешь этому научиться, милый.
Они закончили разговор. Сон Мин заметил, что пришло сообщение от Катрины со ссылкой на «Дагбладет». Он нажал на ссылку и откинулся на спинку кресла, ожидая загрузки. Стены офиса были настолько толстыми, что ухудшали покрытие сети. И почему Холе не заменил это сломанное кресло? У него уже болела спина.
Сон Мин почувствовал желание выругаться и подумал, какая жалость, что он не имеет к этому привычки. Ему пришло в голову, что пора бы начать.
Дыра Сатаны!
Мона До была на беговой дорожке.
Она ненавидела бегать на дорожке.
И прямо сейчас именно по этой причине она бежала по ней. Она чувствовала, как пот стекает по её спине, и видела свои покрасневшие щёки в зеркале на стене спортзала. В наушниках играла музыка группы «Каркасс» из плейлиста, составленного Андерсом, и, по его словам, эти песни были созданы ими в начале карьеры, когда они играли грайндкор, а не то мелодичное дерьмо, которое стали выпускать позже. Для неё их музыка звучала как яростный шум, и в данный момент это было именно то, что ей нужно. Её ноги стучали по крутящемуся под ней резиновому ремню, который всё надвигался и надвигался на неё, снова и снова.
Воге сделал это снова. Каннибал. Господи Боже! Господи, чёрт тебя дери, Иисусе! Она увидела, что кто-то приближается сзади.
— Привет, До.
Это был Магнус Скарре. Детектив из отдела убийств.
Мона выключила дорожку и вытащила наушники.
— Чем я могу помочь полиции?
— Помочь? — Скарре раскинул руки. — Я что не могу просто заскочить?
— Никогда тебя здесь раньше не видела, и на тебе нет спортивного костюма. Хочешь что-то узнать или что-то подбросить?
— Эй, эй, полегче, — рассмеялся Скарре. — Я просто подумал, что введу тебя в курс событий. Всегда выгодно иметь хорошие отношения с прессой, верно? Практика «давай и бери» и всё в таком роде.
Мона осталась стоять на беговой дорожке, ей нравилась разница в росте.
— В таком случае, я хотела бы узнать, что ты хочешь взять, прежде чем отдашь, Скарре.
— На этот раз ничего. Но нам может пригодиться услуга в будущем.
— Спасибо, но в таком случае ответ — нет. Что-нибудь ещё?
Скарре выглядел как маленький мальчик, у которого отобрали игрушечный пистолет. Мона поняла, что в этой игре высокие ставки. Или, скорее, что она была так зла, что не могла ясно мыслить.
— Извини, — сказала она. — Плохой день. Что такое?
— Харри Холе, — сказал он. — Он позвонил свидетелю, представился вымышленным именем и заявил, что работает в полиции Осло.
— Оу.
Она передумала и спустилась с беговой дорожки.
— Откуда ты знаешь?
— Я брал показания у свидетеля. Того парня с собакой, учуявшей запах тела Бертины. Он сказал, что перед нашим визитом кто-то из наших звонил, чтобы проверить наводку, офицер Ханс Хансен. Только вот у нас нет никого с таким именем. Так что я взял номер телефона, который всё ещё был у фермера, и проверил. И представь себе, мне даже не пришлось связываться с телефонной компанией, это оказался номер Харри Холе. Как говорится, пойман с поличным, а? — Скарре ухмыльнулся.
— И я могу процитировать эти твои слова?
— Нет, конечно, ты с ума сошла? — он снова засмеялся. — Я «надёжный источник», ведь вы так это называете?
