Дувлек заплатил за свой ужин и демонстративно покинул ресторан, ругаясь на сербо-хорватском и пяти других известных ему языках. Харвей Сондра, специалист по Балканскому полуострову, знакомый со всеми его диалектами, выяснил, что на его голову и головы его друзей и родственников падут всевозможные несчастья и болезни, если осуществится хотя бы самая малая часть сказанного инспектором.
Его так и дергало за язык обратить внимание инспектора на то, что подобные факты нельзя не учитывать, но Харвей сумел промолчать, так как кровать с гостиничным голубого цвета постельным бельем устраивала его значительно больше, чем полосатый тюфяк на нарах.
На следующее утро он горько сожалел, что не настоял на своем и не потребовал немедленно закрыть остров для всех посторонних. Но было уже поздно.
Голова Бранко Жавлика гудела. Огромное количество водки, сдобренное хорошим нокаутом, доставило ему немало неприятных минут. Но несмотря на нервное истощение и плохое самочувствие, мысль о сокровищах Чалдерона крепко засела в его больной голове.
Он ни секунды не сомневался, что полиция прочешет весь остров, когда займется поисками убийц.
Значит, у него был единственный шанс: сегодня же ночью переправиться на остров и разыскать клад, конечно, если он вообще существует.
Даже если в рассказе Олги Чехровки содержится доля правды, то его серебряный нож способен одолеть вампиров. Бранко Жавлик решил взять в компаньоны двух друзей. Первого из них звали Михаилом, и Бранко считал его слишком глупым, чтобы он мог испытывать страх перед потусторонними силами. Имя второго было Деметриус, он был греком и прославился как человек, не имеющий нервов. Кроме того, Деметриус не был в парке той ужасной ночью.
Бранко оседлал свой видавший виды мотоцикл и отправился за своими друзьями. Сначала они скептически отнеслись к предложению Бранко, но в конце концов согласились: Михаил, поскольку Бранко достаточно долго вбивал ему в голову свой план, а Деметриус не перенес обвинения в трусости.
На всякий случай Бранко вооружил свой эскорт серебряными столовыми ножами, украденными в одной из обворованных ими квартир. Парни угнали машину, раздобыли лопаты, заступы и отправились вдоль побережья по направлению к Рагузе. Там они украли моторную лодку и взяли курс на остров Чалдерон.
Ночь оказалась на редкость тихая и звездная. Море спокойно расстилалось перед кладоискателями, как большое зеркало в универмаге. Силуэт замка отчетливо вырисовывался на фоне темного неба. Лихая троица промчалась мимо рыбаков. Когда те обнаружили, что ребята направились к острову, то закричали и замахали им руками, чтобы те остановились.
Но Бранко лишь рассмеялся в ответ и как следует приложился к бутылке «зибловитца», которая «случайно» оказалась у него в кармане. Он пытался убедить себя, что пьет, чтобы изгнать головную боль. По-настоящему же Бранко до смерти боялся ехать на Чалдерон и пытался заглушить панический ужас сорокаградусной жидкостью.
Они бросили якорь в той самой бухте, где причалили Луиза и Фрэнк Симмс. Через двадцать минут парни были уже у стен замка.
— Нам… нам обязательно надо туда входить? — спросил дрожащим голосом Деметриус, которому вдруг стало не по себе.
Бранко опять глотнул из бутылки и отбросил пустую стекляшку.
— Ты уже небось наложил в штаны! — произнес он насмешливо. — Мы что, прокатились ночью по морю ради простого удовольствия?
Но даже у глупого Михаила в этот момент затряслись коленки. Между разговорами о посещении замка и конкретными действиями Михаила огромная пропасть.
— Я не пойду, — решительно сказал он. — Подожду вас в лодке до рассвета. Лучше копать при дневном свете.
— Конечно, — согласился Деметриус. — Так мы и сделаем. Правда, Бранко?
Бранко Жавлик ругался минут десять, осыпая ребят проклятиями, но в глубине души он был рад такому повороту дела. Когда же Деметриусу надоело выслушивать своего атамана, он предложил Бранко одному посетить руины. Тот сразу замолчал.
Парни повернулись к замку спиной и вернулись к лодке.
Там они удобно уселись в ожидании утра, хотя еще даже не пробило полночь, и мелко дрожали от страха. Но ни один не желал в этом признаться.
— Как только рассветет, мы извлечем сокровища, — разглагольствовал Бранко. — Лодку мы спрячем в отдаленной бухте, а с наступлением темноты вернемся в деревню. Рыбаки не заходят на остров. И вряд ли они позвонят в полицию и сообщат, что видели нашу лодку около острова. Но если ночь окажется темной, то нам не страшна никакая полиция.
Они болтали про мотоциклы, драки и девочек. Глупый Михаил, которого девушки избегали, как огня, описывал свои невероятные успехи в сексе. Он сам настолько запутался с непривычки, что его слушатели не смогли подавить приступа неудержимого хохота.
— Я поимел больше женщин, чем вы оба вместе взятые, — сердито сказал Михаил. — Например, однажды я заметил девушку на рынке. Ее звали Йованка и…
В этот момент над островом раздался колокольный звон.
— Замолчи, — прошипел Деметриус. — Что это было?
— Кажется, колокол, — пробормотал Михаил.
