– Но это новое чувство оказалось слишком зыбким и хрупким. Сохранится ли оно и впредь – решать тебе. Я очень давно ни о чем не просил Бога. Но с сегодняшнего дня я буду молить Его о том, чтобы снова увидеть вас с Реймондом на пристани. Или услышать твой голос в телефонной трубке. Повторюсь, решать тебе.
Маккалеб подался вперед и нежно поцеловал Грасиэлу в щеку. Она не отстранилась и тихо попросила:
– Доверься мне.
– Грасиэла, твоя сестра погибла из-за меня. Я совершил чудовищную глупость в прошлом, поверив в собственную неуязвимость и бросив вызов безумцу. Именно поэтому Глория мертва.
Лицо Грасиэлы исказила мучительная гримаса, и Маккалеб поспешил отвести глаза, не в силах выдержать боли, навеянной его словами.
– Доверься мне, – еле слышно произнесла Грасиэла.
И Маккалеб рассказал ей все. Рассказал о человеке, известном под именем Джеймса Нуна. Рассказал, как вышел на гаражный бокс, что обнаружил внутри. Рассказал о послании, которое дожидалось его в компьютере.
Грасиэла заплакала, слезы струились по ее щекам и капали на блузку. Маккалеб хотел привлечь ее к себе, стиснуть в объятиях и осушить слезы поцелуями – но не осмелился. Он добровольно вычеркнул себя из ее жизни, и только Грасиэла могла вернуть его обратно.
В гостиной повисло тягостное молчание. Наконец Грасиэла выпрямилась и вытерла мокрые щеки.
– У меня, наверное, жуткий вид.
– Ничего подобного, – заверил Маккалеб.
Грасиэла сосредоточенно разглядывала коврик сквозь стеклянную столешницу. Пауза затягивалась.
– Что думаешь предпринять? – спросила Грасиэла чуть погодя.
– Точно не знаю, но я его найду. Из-под земли достану.
– Может, отступишься? Пусть этим занимается полиция.
– Не могу. – Маккалеб покачал головой. – После того, что он сотворил, не могу. Если не прищучу подонка, совесть сведет меня в могилу. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я.
Грасиэла кивнула, по-прежнему не поднимая глаз. Наконец она выпрямилась и посмотрела на Маккалеба в упор.
– Уходи, Терри. Я хочу побыть одна.
– Как скажешь.
Маккалебом вновь овладело непреодолимое желание дотронуться до нее, ощутить теплоту кожи, как в день их знакомства.
– Прощай, Грасиэла.
– Прощай, Терри.
Маккалеб пересек гостиную и направился к двери. Взгляд упал на фотографию Глории Торрес в серванте. Девушка лучезарно улыбалась в объектив, и Маккалеб знал, что эта улыбка будет преследовать его до самой смерти.
После бессонной ночи, наполненной кошмарами, где он тонул в черном омуте, Маккалеб поднялся на рассвете, принял душ и плотно позавтракал – омлет с луком и сладким перцем, сосиски, апельсиновый сок, – однако чувство голода странным образом никуда не делось. Из камбуза Маккалеб поспешил на гальюн – произвести утренние замеры, которые оказались весьма обнадеживающими, а в пять минут восьмого уже набирал номер Уинстон. Судя по голосу, Джей без устали трудилась всю ночь.
– Два момента, – с места в карьер начал Маккалеб. – Когда мне нужно сделать официальное заявление и когда мне вернут машину?
– «Чероки» можешь забирать хоть сейчас. Я договорилась, арест уже сняли.
– А где он?
– У нас, на штрафстоянке.
– Значит, заеду в управление.
– Заезжай, заодно составим заявление. Убьем сразу двух зайцев.
– Ладно, а когда? Хочу поскорее расплеваться с этим и забыть. Рвану куда-нибудь подальше отсюда, отдохну.
– Куда собрался?
– Пока не решил. Но мне необходимо вырваться из города, залечить душевные раны. Думаю податься в Лас-Вегас.
– Так вот где обретают душевное равновесие, – съехидничала Джей.
– Попытка не пытка, – непринужденно откликнулся Маккалеб. – Так когда мне заехать?
– Без твоего заявления я не могу дать делу ход. Поэтому жду в любое время. Чем раньше, тем лучше.
– Скоро буду.
Локридж дремал на скамеечке в рубке. Маккалеб тряхнул его за плечо, и Бадди испуганно подскочил.
– Какого… а, Террорист! Уже вернулся?
– Как видишь.
– А где моя колымага? Цела?
– Целее некуда. Давай просыпайся. Отвезешь меня кое-куда.
Бадди с трудом принял сидячее положение и, завернувшись в спальный мешок, служивший ему одеялом, потер глаза.
– Сколько времени?
– Половина восьмого.
– Совсем обалдел? Будить меня в такую рань!
– Ну извини. Обещаю, это в последний раз.
– У тебя все хорошо?
– Все отлично. Главное, подбрось меня до управления, надо забрать «чероки». Только сначала заглянем в банк.
– Они еще закрыты, – возразил Локридж.
– Пока доберемся до Уиттьера, откроются.
– Допустим, до управления я тебя подброшу. А кто отгонит твою тачку?
– Сам сяду за руль. Погнали.
– Но тебе же запретили водить. Особенно автомобили с подушкой безопасности.
– Ничего, переживу. Собирайся.
Через полчаса «таурус» вырулил на шоссе. Маккалеб закинул в дорожную сумку сменную одежду, лекарства и кое-что по мелочи, еще захватил с собой термос кофе и две кружки. Протянув одну Бадди, он поделился с ним событиями минувшей ночи, чем вызвал шквал вопросов.
– Наверное, завтра придется купить газету, – резюмировал Локридж.
– Или просто посмотреть новости.
– А книгу по мотивам издадут? Меня сделают хотя бы второстепенным персонажем?
