Матвей понял, что сдала его бандитам Изольда Евгеньевна и никаким лучшим журналистом года он теперь уже не будет. Пустят ли его вообще завтра на телевидение — это было уже вопросом? Вот и поплатился он за свою доброту.
— Вы спрашиваете о Татьяне? — задал глупый вопрос телеведущий, за что сразу же получил в ухо.
— Ты че, пень, правда не всасываешь или прикидываешься? — спросил питекантроп.
— Она у меня дома, — ответил Спичкин.
— Поехали, — сказал бандит и потащил Матвея по коридору.
Работники телецентра сторонились и боязливо поглядывали как популярного ведущего волокут за зеленые волосы типы явно уголовной внешности и при приближении «процессии», стыдливо отворачивались. Матвея вывели на улицу и посадили в джип, где на заднем сидении уже сидел Тоцкий. Серый сел вперед, Зыба за руль, а Циркуль рядом с Матвеем.
— Утрись, — миролюбиво сказал всхлипывающему и шмыгающему носом Матвею продюсер и протянул белоснежный платок.
Спичкин схватился за платок и приложил его к кровоточащему носу.
— Что же ты так, Матвейка? — спросил Тоцкий. — Я тебе помогал стать хорошим журналистом, а ты плюнул мне в самую душу!
— Иосиф Абрамович, — всхлипнул униженный Матвей, — я не хотел. Я только хотел как лучше…
— Никогда не кусай руку, которая тебя кормит, Матвейка, — нравоучительно произнес Тоцкий, — где сейчас Татьяна?
— Она у меня дома, — продолжал всхлипывать Матвей, — им идти было некуда и я им сказал меня подождать.
— Кому им? — спросил Серый.
— С ней какой-то парень пришел, у меня ночевал, — ответил Спичкин, — хромой…
— Че ты стоишь, мы время теряем! — прикрикнул на Зыбу «бригадир» и пояснил Тоцкому, когда Зыба рванул с места, — хромой, это тот самый урод из моих шестерок, который певицу отпустил. Сука, он ответит за все! Свою же братву запер в комнате, падла! Я ему яйца вырежу и сожрать заставлю.
Испуганный Матвей затих и думал только о том как ему спасти свою жизнь.
— Где ты живешь, пидар? — прикрикнул на телеведущего Серый.
Матвей даже и не подумал в сложившихся обстоятельствах перечить и утверждать, что он не «голубой», а сразу же назвал адрес.
— Циркуль, звони «братве», чтобы все подтягивались по этому адресу. Нам нельзя их упустить!
Они влетели во двор на всем ходу и затормозили у подъезда. Серый, который заранее забрал у телеведущего ключи от квартиры, вбежал по лестнице первый, сжимая в руках пистолет, открыл дверь, толкнул ее плечом и влетел в квартиру. За ним ввалились Циркуль, Зыба и подоспевшие Парамон с Гвоздем, мучимые жаждой мести. Они разбежались по комнатам, переворачивая мебель и разбивая то, что можно было разбить. В квартире никого не было.
— Здесь никого нет, — сказал, выходя из ванной, Парамон.
— Я вижу, — зло бросил Серый и отвесил Парамону звонкую оплеуху, — если бы вы, два лоха, ее не упустили, не пришлось бы сейчас напрягаться!
Парамон втянул голову в плечи и перечить не стал. Чревато. Все вместе они снова выскочили на улицу, где Серый вытащил из машины Спичкина и стал избивать его ногами, приговаривая:
— Где они? Где этот пидарас Дырявый? Где певичка?
Матвей пытался закрываться и в перерывах между ударами пытался выкрикнуть:
— Не знаю!
В это время Саша и Татьяна спрятались в подъезде той самой панельной хрущевки, около которого вчера сидели, ожидая Спичкина и которая находилась напротив подъезда Спичкина. Саша, приоткрыв деревянную дверь, наблюдал за происходящим. Татьяна спряталась за его спиной.
— Хорошо что мы догадались уйти из квартиры, — сказал Александр, — иначе бы они нас накрыли.
— Думаешь, это Спичкин нас предал? — спросила Татьяна.
— Судя по всему нет, — ответил Александр, — его сейчас бьют.
— Бьют? — воскликнула Татьяна. — Нужно ему помочь!
Она рванулась, чтобы выскочить из подъезда, но Саша удержал ее.
— Куда ты? Их слишком много. Мы ему не поможем и сами погибнем!
В это время дверь квартиры на первом этаже, как раз напротив входа, скрипнула и оттуда высунулась физиономия того самого лысого мужика, который выгонял их вчера со скамейки. Физиономия выглядела недружелюбно, если не сказать воинственно.
— Опять вы тут! — заорал лысый. — А ну пошли вон, я сказал!
— Мужик, чего тебе надо, — спокойно ответил ему Александр, — мы скоро уйдем. Пожалуйста, не поднимай шума.
Миролюбивый тон Саши еще больше распалил лысого.
— Что? — закричал он. — Я сказал сейчас же пошли вон! А то я точно спущу пса!
— Пошел ты! — ответил ему Александр. — Еще раз выглянешь, я тебе рыло раскрою!
Лысый заскрипел зубами и уже через минуту появился с рычащим и лающим псом. Он не долго думал, а сразу же крикнул: «Фас!». Пес рванулся на Александра, но тот успел выхватить из-за пояса свой револьвер, вскинул руку с оружием и первой же пулей прострелил бультерьеру голову. Собака по инерции пролетела по ступенькам, ударилась о входную дверь подъезда дверь и задергалась в предсмертных судорогах. Татьяна завизжала сначала от ужаса перед оскаленной пастью собаки, а потом от грохота выстрела, заткнув уши. Саша быстро перевел ствол револьвера на застывшего от неожиданности и страха, как статуя, мужика.
