На стене висел высушенный труп маленькой девочки лет примерно восьми, одетой в разорванную грязную одежду. Несколько черных стрел пригвоздили ее к стене на высоте не меньше одного ярда от пола. Острия пронзили ее грудь, шею, плечо и бедро.
— Такими штуками стреляют из арбалетов, — сказал Джордан. — Посмотрите, вроде бы они сделаны из серебра.
—
Эрин стояла перед ребенком, пораженная сначала одним нарушением хронологической точности, а потом и другим. Темно-бордовая одежда девочки выглядела древней и по стилю, и по степени разрушения. Украшения и структура ткани соответствовали периоду падения Масады. Возможно, ткань была соткана в Самарии, может быть, в Иудее, но в любом случае по меньшей мере две тысячи лет назад.
Запавшее лицо девочки обрамляли пряди длинных черных волос. Глаза были закрыты, как будто она спала спокойным сном, подбородок опустился на грудь, губы чуть раскрыты, словно смерть пришла к ней на середине вдоха. Нетронутыми остались даже ее тонкие реснички. Судя по состоянию мягких тканей, все еще остающихся на костях скелета девочки, она пребывает в таком состоянии всего несколько десятилетий.
Несколько десятилетий… Как такое может быть?
Какой-то предмет лежал на полу под ногами девочки. Эрин опустилась на одно колено возле него.
У нее защемило сердце. Маленькая высохшая игрушка, сшитая из лоскутков затвердевшей от времени кожи, с остатками матерчатой кукольной одежды, покрытой такими же темно-бордовыми пятнами, как и платье девочки. Вытянутые руки девочки, казалось, тянулись к этой игрушке, до которой она уже никогда не могла дотронуться.
Вид этой поневоле разлученной с хозяйкой куклы возбудил в душе Эрин еще более сильное чувство боли и тоски, заставив вспомнить такую же самодельную куклу. Она положила ее в гроб своей малютки-сестры. Эрин с трудом сглотнула слюну, изо всех сил стараясь удержать слезы и не показаться глупой окружавшим ее мужчинам. Она еще не могла прийти в себя после смерти Хайнриха, а сейчас ей снова надо прилагать все силы, чтобы взять себя в руки и не показаться солдатам размазней.
Все еще стоя на коленях, Эрин посмотрела вверх, на другую руку девочки, наполовину заслоненную телом, и увидела что-то блестящее между ее зажатых в кулачок пальцев.
Странно.
Она провела ладонью по стене, чувствуя твердые полосы раствора, закрывающие щели между каменными блоками кладки. Хотя останки девочки свидетельствовали о том, что ее убийство произошло весьма недавно, а не в древние времена, Эрин все-таки обращалась с телом со всей осторожностью. Ведь этот ребенок был чьей-то любимой дочерью.
Она потянулась к руке девочки. Та задрожала и вдруг дернулась. Мумифицированное тело ударилось о стену, словно ребенок был еще живым.
Эрин, едва успев подавить крик, отпрянула назад. Сильная рука опустилась к ней на плечо, удерживая ее на месте.
— Еще один подземный толчок, — сказал Джордан.
Мелкая пыль сыпалась с каменного свода. Позади Эрин камень из стенной кладки с глухим стуком упал на пол. Женщина, затаив дыхание, ждала, когда толчок сойдет на нет.
— Они становятся все сильнее, — сказал Джордан. — Для нас здесь нет больше ничего интересного. Надо уходить.
Эрин сбросила с плеча его руку. Теперь это было ее место, и здесь еще оставались вещи, которые ей необходимо было осмотреть. Подойдя ближе к стене, она снова потянулась к ручке девочки.
Джордан, заметив выражение настороженного внимания на ее лице, встал рядом с ней.
— Что это?
— Похоже, перед смертью ребенок схватился за что-то рукой.
В соответствии с Археологическим протоколом ни до одного предмета нельзя дотрагиваться, прежде чем этот предмет не будет сфотографирован, но ведь эта девочка не была убита в древние времена, поэтому на этот раз Эрин решила нарушить требования Протокола.
Подойдя ближе, Грейнджер дотронулась до пальчиков девочки. Она ожидала, что те окажутся хрупкими, но, как ни странно, они были необычайно мягкими. Не переставая удивляться состоянию тела, она не успела схватить предмет, который сжимали пальчики, и, когда они разжались, он упал на покрытый пылью пол.
Для того чтобы определить, что это за артефакт, не требовалось иметь ученую степень доктора археологии.
Джордан чуть слышно выругался.
Ошеломленная, Эрин смотрела на эту медаль, на крест, на свастику.
Немецкая медаль. Времен Второй мировой войны.[20]
Это была ясная идентификация разорителей и грабителей захоронения, проникших сюда с помощью современных горнопроходческих орудий. Но почему эту медаль сжимали мумифицированные пальчики девочки, внутри этого древнего иудейского захоронения?
Джордан сжал кулаки.
— Нацисты, должно быть, проникли сюда первыми. Совершили налет и опустошили это место.
Его слова практически ничего не объясняли. Гитлер, как известно, был одержим оккультизмом, но что он надеялся найти в Масаде?
