Они обсудили кое-какие детали, и Джейн обещала связаться с ним. Она позвонила через двадцать минут и сообщила, что он сможет взять машину у франкфуртского вокзала.
— По Черновой что-нибудь уже есть? — спросил Мэллой.
— Насколько я понимаю, немцы собираются штурмовать поезд в Айзенахе. Это значит… через пять минут.
— Я размышлял о том, как она все провернула, Джейн.
— На самом деле теперь это уже не наша проблема, а оперативную информацию по Черновой я немцам передавать не собираюсь.
— Вот именно. Думаю, Чернова старалась оставаться в тени. Значит, по идее, на поезд она должна была сесть в Веймаре и собиралась выйти в Эрфурте. Таким образом, у нее было минут пятнадцать — восемнадцать. Если у нее был напарник, то ее ждал транспорт и он давно уехал, но если она все делала сама, то машину должна была оставить либо в Веймаре, либо в Эрфурте. Скорее всего, в Эрфурте.
— Немцы все это тоже вычислят, Ти-Кей.
— Сейчас они не знают, откуда взялась эта женщина и чем она занималась. А она до утра будет убеждать их, что они ошиблись. Значит, у нас есть часов двенадцать до того, как они начнут искать ее машину. Они будут проверять не одну станцию. Ночью в субботу она потеряла много людей, Джейн. И еще: у нее обязательно должен быть с собой ноутбук — ведь она следила за сигналом моего мобильника.
— Почему ты думаешь, что она бросила автомобиль в Эрфурте?
— Там она собиралась сойти с поезда. Поздно ночью в Эрфурте почти наверняка трудно поймать такси. По идее, машину ей логичнее было оставить там, чем в Веймаре.
— Ясно, — проговорила Джейн довольно и чуть взволнованно.
Для нее компьютеры и мобильные телефоны были настоящими сокровищами.
У вокзала во Франкфурте Мэллой нашел внедорожник с дипломатическими номерами. Угнанную машину он оставил у обочины. Менее часа спустя он подъезжал к Мангейму, и в этот момент ему позвонила Джейн.
— Как дела? — спросил Мэллой.
— Мы до сих пор пытаемся отправить кого-нибудь в Эрфурт. Но я тебе не поэтому звоню. Помнишь Ирину Тернер?
Мэллой нахмурился.
— Ты говоришь про административного ассистента Джека Фаррелла? Ту секс-ретаршу, которую он бросил в Барселоне?
— Да. Похоже, она прилетела в Нью-Йорк три часа назад в компании с двумя сыщиками из испанской федеральной полиции. Они прошли иммиграционный контроль, таможенный досмотр, потом их встретили двое фэбээровцев — все по плану. Наши люди собирались отвезти Тернер и испанских федералов на Манхэттен. Но после этого контакт с ними пропал.
— Ты хочешь мне сказать, что Ирина Тернер убрала четверых оперативников и исчезла?
— Либо ей помогли. Как бы то ни было, насколько я понимаю, она не так глупа, как мы считали.
— Мне надо это обдумать.
— И я такого мнения. Если что-нибудь придет в голову, дай мне знать. Вряд ли я сегодня засну.
Мэллой припарковал внедорожник у вокзала в Оффенбурге и, согласно инструкции, оставил ключи в замке зажигания. Пару часов спустя он выбросил сотовый в мусорный бак и сел на утренний поезд до Базеля. Там, в одном из магазинов, торгующих телефонами, он купил трехдиапазонный мобильник. Мэллой успел на поезд до Цюриха, отбывающий чуть позже десяти утра. В Штатах уже было поздно, но он поверил Джейн на слово и набрал номер ее домашнего телефона. Джейн ответила. Она явно не спала. Мэллой посоветовал ей приобрести новый сотовый, поскольку прежний уже засвечен. Не вдаваясь в административные подробности, Джейн сообщила ему:
— Мы нашли машину Черновой, Ти-Кей.
— А в машине?
— Ноутбук, телефон, одежда, запасные паспорта, прочие документы, кредитные карточки, пистолеты, обоймы, наличные деньги.
— Вряд ли ты сообщила немцам о нашей исключительной удаче?
— Я решила подождать: посмотрим, много ли они из нее выжмут на допросах, а уж потом я с ними побеседую.
Закончив разговор с Джейн, Мэллой позвонил капитану Маркусу Штайнеру из цюрихской городской полиции.
— Томас! — обрадовался Маркус. — Я так ждал твоего звонка!
— Я только что приехал. Вот подумал угостить тебя ланчем в твоем любимом баре. Около полудня. Что скажешь?
— Звучит неплохо. Тогда до встречи!
Из здания цюрихского вокзала Мэллой вышел на Банхофштрассе и оказался в квартале от отеля «Готтард». На хорошем швейцарском немецком он спросил, можно ли снять номер на неделю. Немного подумав, портье сверился с компьютером и необычайно удовлетворенно, с видом человека, только что решившего трудную задачу, сообщил:
— Могу предложить вам тот же самый номер, в котором вы останавливались в прошлый раз, герр Штальдер. Вас это устроит?
Мэллой не показывал администратору никаких документов и не называл своей фамилии.
— Просто прекрасно! — улыбнулся он.
