Кровавое пробуждение полностью

— Правильно, — сказал Брейден. — Когда я был человеком, мой папа верил в рай и ад; и здесь так же — для каждого ангела в раю есть соответствующий демон в аду, только мы имеем дело с богами и богинями, и небеса — это буквально небеса.

Накари поерзал на диване. Юноша рядом с ним больше не воспринимался как смущенный маленький мальчик.

— Очень хорошо сказал, Брейден. Продолжай.

— Когда светлый бог появляется на небесах, он вызывает Кровавую Луну, относящуюся к одному из хороших небесных богов, в данном случае, Дракон, правильно? И это бог созвездия, под которым родился Маркус?

Накари кивнул.

— Дракон, светлый бог, вызвал Кровавую Луну для Маркуса, чтобы наконец-то дать ему женщину: его судьбу.

— Продолжай.

— Его тень начинает волноваться в Абиссе, и это означает, что дьявольский близнец Дракона полностью пробудится, как только Дракон начнет вызывать событие для Маркуса. Как будто это его встряхнет или типа того.

— Хммм, — сказал Накари, — я думаю, ты на самом деле владеешь даром познания. И у тебя определенно талант объяснять происходящее.

Глаза парня сияли, он широко улыбнулся и стал энергичнее излагать теорию.

— Итак, Дракон вызвал Кровавую Луну для Маркуса — показать ему его судьбу, — и дьявольский близнец в Абиссе проснулся и обратил на это внимание. Ну, должны свет и тьма излиться вместе; кровь невинно замученных и подношение через всесожжение — просто означает, что, если некоторые задни… — он вовремя себя поймал, — некоторые болваны, типа Сальваторе, захотят все перепутать, то они могут сделать это, используя правильные ингредиенты. В данном случае это вещи, связанные с Маркусом: кровь невинно замученных; подношение через всесожжение.

Накари вздрогнул и сделал глубокий вдох.

Брейден отвернулся.

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

Накари покачал головой.

— Нет, я знаю, к чему ты клонишь, и это нормально. Мне нужно услышать твою теорию.

Брейден нахмурился и кивнул.

— Кровь невинно замученных — это кровь твоего близнеца Шелби.

Накари закрыл глаза и сосредоточился на нейтральной картинке — закат, — пытаясь не вспоминать о тех страшных событиях. Правда слишком ранила, хотя все это было очень важным.

— Продолжай, — пробормотал Маг, моргая.

Брейден сглотнул.

— Извини.

Накари положил руку ему на плечо.

— Продолжай.

— Кровь, предложенная через сожжение, — это чувак, которого ты и Маркус убили, Валентайн. — Он пожал плечами. — Извини, я взял это из твоего сознания, потому что ты думал об этом. Вау, вы, ребята, его мелко покрошили, а затем оставили гореть на солнце… круто. Да, это, безусловно, всесожжение.

Накари только покачал головой. Когда Сальваторе творил заклинание, он вероятнее всего, не знал, что Светлые сделали с Валентайном. Но, по-видимому, этого и не требовалось: хватило бы даже намек на огонь или дым — последние моменты жизни Валентайна, сожженного на солнце. Накари почувствовал озноб при мысли об этом. Сальваторе действительно был мощным противником.

— «Имя святое должно быть перевернуто» — это что означает? — спросил Накари, подгоняя Брейдена.

— Противоположный светлому богу Дракону — Окард, его темный близнец в Абиссе.

Накари положил руку на сердце Брейдена и произнес три быстрых заклинания. Поток золотистых лучей, вырвавшийся из его пальцев, проник в грудь мальчика, а затем стал светить, образовывая печать защиты.

— Брейден, ты прав. Обратное имя бога или богини — это имя их темных близнецов, но никогда не говори это вслух. Произнося, ты их вызываешь.

Кожа Брейдена стала призрачно-белой, а его сердце тревожно забилось.

Накари успокаивающе улыбнулся.

— Не волнуйся, я наложил на тебя защитную печать, которая будет работать, пока энергия имени не перестанет притягиваться к тебе. Если бы я знал, что у тебя есть способности разглядеть все это, я бы заранее предупредил, но сейчас ты в порядке. Доверься мне. Продолжай.

Брейден проглотил огромный комок в горле и посмотрел на белую ауру вокруг себя.

— Ты уверен?

— Я уверен.

Парень медленно кивнул.

— Хорошо. Так или иначе, когда имя бога изменено, то свет должен стать тьмой, а тьма становится светом. — Он осторожно оглядел комнату.

Накари сжал его плечо.

— Брейден, ты в порядке. Эй, думай об этом таким образом — ты также призвал Дракона, правильно? Хорошего бога. Мощного.

Парень кивнул и посмотрел на небо.

— Дракон, Дракон, Дракон, — повторил он быстро.

Накари рассмеялся.

— Теперь ты делаешь всё правильно!

Брейден улыбнулся, мгновенно почувствовав себя лучше.

— Итак, если свет — это тьма, а тьма — это свет, значит, все будет наоборот. Все в обратном направлении.

— А печать света, которая изольется на измученную душу? — спросил Накари.