Через секунду, дверь распахнулась, загорелся тусклый свет ночника и мы, щурясь, уставились на хозяина дома.
– Слушать противно. – выдала Танька и отвернулась, а Корней, ехидно усмехнулся и подмигнув мне, тихо сказал:
– Тяжела работа колдуна.
– Я вижу. – мне почему-то было неприятно от всего происходящего. – Но это ваше дело. Главное, чтоб побыстрей избавиться от этих!
Задерживаться с нами ему было не с руки и взяв из ящика бутылку коньяка, Корней снова подмигнул нам и вышел.
– Это уже лучше! – Танька осторожно приблизилась к шкафу, за которым стоял ящик с коньяком и я услышала тихий звон.
Подруга вернулась с трофеем и чтобы совсем не заскучать, прислушиваясь к разговорам, мы принялись попивать коньяк прямо из бутылки.
Мне жутко хотелось пить, голова гудела, а губы не хотели разлипаться. Я лежала под теплым одеялом, уткнувшись носом, в что-то приятно пахнущее и если бы не дикая жажда, то вряд ли бы даже шевелилась. Облизав губы, я потянулась и замерла, услышав знакомый голос:
– Водички?
– Нет, нет, нет... – взмолилась я, понимая, что мои мольбы бесполезны и все это на самом деле. – О нееет...
Рядом лежал Корней, в чем мать родила и чем-то приятно пахнущим, была его грудь, в которую я тыкалась носом всю ночь.
– Это так ужасно? – он приподнял мое лицо двумя пальцами и я увидела хитрую улыбку в рыжей бороде. – Настолько плохо, что прям "о нееет"?
– Честно? – я моментально охрипла. – Я не помню...
– Вот это да... – он нахмурился. – Разве можно так пить, чтобы после этого не помнить такого страстного секса?
Меня бросило в краску и горячей волной обдало с ног до головы. Вот тебе и пожалуйста...
– Успокойся, на тебе лица нет! – захохотал Корней, откидываясь на подушку. – Не было ничего.
– А почему мы голые??? – я заглянула под одеяло и покраснела еще гуще. – Как мы вообще здесь оказались?!
– Когда мы с Прохором выпроводили наших гостей, то конечно сразу же заглянули к вам и о чудо! Наши любопытные соседки, выпили бутылку коньяка и завалились спать в мою кровать. – еле сдерживая смех, ответил Корней. – Прохор забрал твою подругу, а я, уложил тебя с собой. Так теплей.
Я видела в его глазах, веселые искорки и начинала беситься.
– Голым быть обязательно?! И меня раздевать?!
– Дресс-код моей кровати. – он пожал плечами. – Ничего не поделать.
– Ты... ты... – я не знала какие слова подобрать, чтобы сильнее уколоть этого красивого мужика. – Ты...
Корней смотрел на меня, приподняв брови, а потом вдруг, поцеловал, обхватив затылок, сильными пальцами. Я замычала, забилась в его руках, но буквально через несколько секунд, уже самозабвенно отвечала на поцелуй, прижимаясь к его мощной груди.
– Так кто я? – он оторвался от моих губ и уставился своими гипнотическими глазами.
– Нахал... – проблеяла я и выскочила из под одеяла, натягивая на ходу джинсы. Штанины путались, я несколько раз упала и выбегая из спальни, слышала хохот этого проклятого, рыжего колдуна, вонзавшийся мне в спину, тысячами иголочек.
– Танька! – закричала я, желая побыстрее свалить из этого дома. – Танька, ты где?!
Никто не отзывался и толкнув очередную дверь, я охнула и снова закрыла ее. Моя неугомонная подруга, обжималась с Прохором, совершенно не внимая моим крикам и чтобы не портить ей удовольствие, я выскочила из дома и помчалась к себе, утопая в выпавших за ночь сугробах.
Стыдясь своего поведения и сетуя на неоправданную беспечность, я так резво лезла по снегу, что забыла о колесе от трактора, которое еще в том году, бросил на обочине, пьяный Петька. Его привалило снегом и неловко зацепив его задубевший бок, я не удержалась на ногах и рухнула прямо в середину колеса, чувствуя как что-то хрустнуло в лодыжке. Резкая боль заставила меня взвыть, отчего, в рот набилось снега и я забарахталась в нем, размахивая руками и отплевываясь.
– Позвольте я вам помогу!
Меня подхватили сильные руки и выдернули из колеса, будто я была пушинкой, а не довольно упитанной, деревенской барышней.
Несколько раз моргнув, избавляясь от снега, прилипшего к ресницам, я встретилась взглядом с молодым мужчиной. Явно чужаком. У него были густые, тёмные брови, темные глаза, с опасным прищуром, скуластое лицо, с трехдневной щетиной и мощная шея, видневшаяся из расстегнутого воротника куртки.
Он поставил меня на землю и я вскрикнула, почувствовав резкую боль в ноге. Мужчина тут же подхватил меня снова и сказал:
– Да у вас травма! Я сейчас отнесу вас в медпункт, у меня там сестры работают. Не переживайте, все будет хорошо.
Я вылупилась на него, ощущая как тело делается ватным, а дыхание спирает от ужаса.
– Не стоит беспокоиться... Ничего страшного... – залепетала я, ерзая на его руках. – Сейчас все пройдет...
– Не пройдет. Я спортсмен и разбираюсь в таких вещах. – сказал мужчина и понес меня к своим сестричкам, бледную и в полуобморочном состоянии от страха.
Глава 29
