Кровавые слезы Украины полностью

– Алексей Алексеевич, хромого Илька знаете? У него хата под жестью, почти рядом с кладбищем. Она одна из белого силикатного кирпича сложена, – взволнованно пояснял гость.

– Знаю…

– В эту ночь в его хате подорвались бандиты. Подорвались на заряде огромной мощности. Все строение разнесло в щепки. Говорят, крыша, как сухой осенний лист, легко улетела в овраг. Остался террикон из осколков кирпичей и штукатурного крошева.

– Кто же это сотворил? Каким же образом?

– А холера его знает. Случилось ночью. Рвануло так, что я подумал: не «катюши» ли начали обстрел, или бомбу с полтонны весом сбросил самолет? Со страха, хотел спрыгнуть с печи, но ноги и руки предательски задрожали, и я гепнулся (рус. – свалился. – Авт.) на пол, думал и потрохов не соберу. Повыскакивают. Страх божий, как перепугался. Правда, правда – перелякался усерьез…

Командир полка осторожно спросил:

– А Илько, что… погиб?..

Дубинец оживился.

– Живой, дурень божий. Его непрошеные гости заставили временно освободить хату. Ну он и сховался у своего родича – Опанаса.

Взрыв в Звеняче заинтересовал разведчиков.

– И сколько же бандитов погибло во время взрыва? – обратился Алексеев к гостю.

– Девять убитых и двое раненых…

– Убитых опознали?

– Нет, все чужие.

– А раненые, что… сбежали?

Самолюбие Трофима Иосифовича, как поняли офицеры, было задето последним вопросом. Он засопел и бросил сердитый взгляд в сторону командира.

– Так уж и сбежали. В сельсовете сидят, голубчики. Вид у них жалкий. Повесили грешные головы, как побитые кобели после свадьбы.

– Как с охраной?

– Охрану кругом выставил…

Сидоров подошел к окну. Сухие снежинки шелестели по стеклу, опадая на жестяной отлив оконной рамы. Минуту он стоял в тяжелом тревожном раздумье. «Надо же – третий подобный случай… Просто поразительное сходство», – подумал он.

Трофим Иосифович нарушил молчанье:

– А что же мне с мертвяками прикажете делать? Разве что облить бензином да пустить их в царство небесное. Нет, скорее в ад – туда им дорога, в рай не попадут. Ад они заработали большой кровью в наших местах. Туда их души и полетели.

Начальник разведки полка капитан Алексей Алексеевич Алексеев промолчал. Ему самому хотелось проехать на место чрезвычайного происшествия, но тут же вспомнил о важном задании и умерил свой пыл. После совещания комполка приказал Алексееву кратко и понятной армейской фразой: «Разберитесь!»

Начальник разведки пригласил в свою комнату-кабинет гостя и вызвал лейтенанта Урусова.

– Подготовьтесь к выезду в Звеняче, – приказал Алексеев. – Подробно надо допросить Илька Сыча. Во всем тщательно разберитесь. Раненых необходимо доставить в больницу под охраной.

Дубинец не унимался.

– Холера их не возьмет. Вытрымают (рус. выдержат. – Авт.)… Сто чертей им в печенку… Я бы их, сукиных сынов, березовой кашей накормил: снял бы штаны и по голым задницам прошелся розгами, а потом нагими бы пригнал на лечение в больницу. А лучше, шоб не мучились, – в расход.

– Как, без суда и следствия?

– А они что, наш простой люд отправляли на тот свет по суду?

Сделав вид, что не слушает намерений Дубинца, капитан напомнил Урусову:

– Обязательно возьмите с собой врача.

Трофим Иосифович возмущенно фыркнул:

– А мертвяков-то куда? Не хоронить же с попом, не провожать с оркестром?

– Убитых доставить в райцентр для опознания.

– Ну на кой черт их переть? Спалить на месте, чтоб и золы не осталось на нашей земле. Пусть она летит в сторону Галиции – родины этой заразы. Большая часть их, наверное, оттуда. Вот и весь сказ, – отрубил Дубинец и брезгливо сплюнул на пол.

Лейтенант Урусов и Дубинец ушли.

Алексеев мысленно стал перебирать события последнего времени. Вспомнился рассказ офицера Гайдая. Он поведал, что, как только были получены сведения о появлении отряда бандеровцев, а это было поздней дождливой осенью, командование приказало ему с отделением солдат организовать засаду. Стояла непроглядная темень. И вдруг ночью на Куренных хуторах в одном из домов раздался оглушительный взрыв. Пламя озарило добрую половину неба.

Разведчикам удалось установить, что неизвестная банда или ее часть остановилась на ночлег в заброшенном доме выселенного немецкого старосты. А через час их пребывания там – ни одна живая душа не вырвалась из хаты, ставшей в одно мгновение адом. Ночь и тут унесла с собой тайну грозного взрыва.

Тогда офицеры не придали особого значения: ну подорвались бандиты – так подорвались. Но через две недели взрыв повторился в селе Михлине. Семь повстанцев, сумевших чудом отбиться от разгромленной нашими подразделениями банды, нашли последний приют в пустой, давно заброшенной сторожке сельского кладбища. И вот снова взрыв в Звенячем.

Обобщив эти последние события, начальник разведки решил доложить командиру полка.