Андрей загорелся: пусть это и на другом конце города, но он сразу же помчался туда разыскивать своего старого обидчика, выдумывая план мести. Он чётко и твёрдо решил его убить, но как, пока не знал.
Одиннадцатый класс был только с буквой «А», и шестой урок был последним, к окончанию которого прибыл мститель. Он ждал, вглядываясь в каждого ученика, выходившего из школы и наконец увидел его. Буба совершенно не изменился, даже одежда осталась та же, в которой Андрей видел его последний раз. Дав Бубе немного отойти, Андрей начал следить за ним. Буба с одноклассниками петлял по дворам до местного ларька, где мальчикам продали большие бутылки с алкоголем, там они и остановились, выпили несколько объёмных бутылок и весело распрощались.
Посвистывая, пьяненький выпускник шёл отнюдь не в сторону детского дома – путь его вёл в местный «Детройт», район самый неблагополучный в городе, сборище винтовых наркоманов и бомжей. Пройдя несколько домов, он, закурив сигарету, шмыгнул в подъезд одноэтажного дома. В подъезде, как понял Андрей, было две квартиры, слева и справа, окна с левой стороны были наглухо забиты, значит, Буба пошёл в противоположную сторону. Выждав два часа, Андрей увидел в окне своего врага и понял, надо убить его здесь.
На пятый час слежки Буба, что-то громко выкрикивая своим родственникам, выбежал из дома. Андрей проследил весь его путь до детского дома, аккуратно записывая все передвижения врага. Было очень любопытно: кто живёт в таком доме? Но и зайти туда – значит открыть лицо, показаться было очень рискованно. Оставив обидчика, Андрей размышлял несколько минут, и любопытство, хоть и связанное с большим риском, всё-таки взяло верх, и юноша решил зайти во вражеский отчий дом: надо спланировать убийство, лучше всё осмотреть. Дверь была открыта, вонь стояла ужасная, Андрей решил закурить, чтобы хоть как-то перекрыть смрад, ударивший в лицо.
– Ты принёс? – послышалось из дальней комнаты.
– Я пустой, – ответил мальчик, сильно волнуясь, и стал осматривать квартиру.
Потеряв всякий интерес к гостю, хозяин уткнулся в стену и больше вопросов не задавал.
Квартира состояла из четырёх больших комнат. Шприцев было больше сотни в каждой. Хозяину было наплевать, кто шастает по его квартире. На кухне стояли баллоны с газом, к ним была подключена газовая плитка, выкипая, варилась какая-то каша, отдаленно напоминая перловку, по скромным расчётам, варилась она больше часа. Единственным удобством квартиры служили матрасы в комнате, где хозяин с удовольствием рассматривал стену, держа сигарету в зубах.
Четырнадцать дней ходил Андрей за Бубой, записывая каждый день, знакомясь с местной фауной «Детройта». Людей он интересовал мало, наркотиков и денег не было, одет как оборванец, философские беседы велись крайне редко. Он запомнил двух людей, один из которых постоянно твердил, что у него «всё под контролем», и о том, почему они каждый день должны приходить с новой порцией дури для себя и хозяина квартиры: «Ведь умрёт, знаю. Я видел, как ты умирала. Ему не смогли помочь врачи, которые выдернули тебя из ада. Ты выжила, а он умрёт. Помню твои глаза, как ты подсмотрела, что он одной рукой держит себя за пульс после инъекции. Не бойся. Давай быстренько ширнёмся и пойдём, у меня всё под контролем, но я уже не могу». В целом за день туда приходило несколько десятков разных людей, а хозяина интересовало одно: «Ты принёс?»
Он хорошо знал, в какое время неприятель навещает отца, чётко понимал, сколько времени он у него проводит, и на пятнадцатый день, всё обдумав, решил действовать.
Осенний ливень хлестал по крышам ветхих домов, сильный ветер гонял мусор и пыль по двору. Андрей понимал: чтобы караулить у дома надо с утра, чтобы ничего не упустить, в таких делах требуется особая выдержка. В десять утра пришла милиция, которую он никогда там не видел, пробыла целых два часа, потом другая милиция с медиком – ещё на час. Всё указывало на то, что даты стоит сменить, но вот на дворе стало пусто.
Времени прошло достаточно, в такой ливень никому не хочется решать проблемы наркоманов, пора было действовать. Накинув бабушкину куртку с большим капюшоном поверх плаща, надев перчатки, замазал лицо черной краской, не торопясь зашёл в дом.
Квартира была в прежнем колорите, видимых изменений не наблюдалось, хозяин крикнул ожидаемое:
– Ты принёс?
– Будет позже, – сказал мальчик и направился в первую комнату.
Закрыв плотно все окна в первой комнате, он повторил ту же несложную операцию в последующих. Буба должен прийти через четырнадцать минут, пока всё шло по плану. Захлопнув окна, Андрей направился на кухню, выкрутил газ на максимум, открыл два баллона с газом, стоящие рядом, и пролил специально принесённый бензин до комнаты с хозяином, осталось шесть минут.
