— Меня называли и похуже. Теперь пошли, ночь не бесконечная, а мне понадобится много времени, чтобы насладиться твоим наказанием, а заодно придумать способ вытащить нас обоих из этого дерьма живыми.
Корбин позвал несколько своих подчиненных и поручил им позаботиться о Тейлор. Затем он проводил меня в подземную комнату под своим офисом, о которой я понятия не имела. Но, когда он открыл что-то похожее на бронированную, как в банковском хранилище, дверь и сделал жест «только после вас», я не захотела спускаться вниз по каменной лестнице в подвал.
— Нет-нет, даже не думай об этом. У меня клаустрофобия.
— Проход станет шире через пару сотен футов. — Он снова махнул рукой в сторону темной лестницы, ведущей вниз. Моё сердце ёкнуло.
— Нет, я туда не пойду.
Думаю, Корбин мог бы схватить меня за руку и силой заставить спуститься вниз, но вместо этого он вздохнул и посмотрел мне в глаза.
— Почему?
— Что значит «почему»? А ты как думаешь? Только посмотри — это же прямо как декорация к фильму ужасов. В подобных фильмах ты желаешь закричать бестолковой девице не спускаться в подвал, но она все равно идет туда.
Уголки его губ изогнулись в легкой полуулыбке.
— Знаю такие фильмы. Они весьма занимательные.
— Ну, а меня они ужасают, и я не хочу быть той глупой дурочкой, которая спускается вниз в темноту в поисках монстра.
Он скрестил руки на груди.
— Так вот кем ты меня считаешь? Монстром?
— Ты в пятьсот раз сильнее и быстрее меня и питаешься кровью.
— Значит, ты боишься моей силы. Боишься, что я потеряю контроль и наврежу тебе?
— Я боюсь, что ты навредишь мне или убьешь меня. — Я покачала головой. — Если бы ты только знал, что мне приходилось видеть. Знаешь, что случается, когда вампир занимается сексом с человеком?
Выражение лица Корбина вмиг стало серьезным.
— Я видел то, о чем ты говоришь. Это не очень привлекательно.
— Верно. Так что прости, но я не желаю в итоге выглядеть как щенок, которого малыш неосторожно «залюбил» до смерти.
— Разве я не объяснял, что это не проблема с древними вампирами, которые достаточно контролируют себя? Весь секрет в том что нужно отделить жажду секса от жажды крови.
— Ах, да? А почему Родерик спросил, как ты смог… смог трахнуть меня и не разорвать при этом? — Пока я говорила, мои щеки опалило румянцем.
Корбин снова вздохнул.
— Мы разные. Родерик за все свои века ни о ком не заботился достаточно сильно, чтобы научиться контролировать себя с хрупкой любовницей.
— А ты научился?
Корбин отстранено посмотрел на меня своими серебристо-голубыми глазами.
— Был один случай в моем прошлом. Не буду сейчас вдаваться в подробности, но я достаточно сильно беспокоился о ее безопасности, чтобы научиться контролю.
Вопреки всему мне было интересно.
— И что с ней случилось?
Он отвел взгляд.
— Она всё равно умерла. — Я заметила, что он не рассказал о том, как она умерла, но у него было такое выражение лица, что я не посмела расспрашивать.
— Мне жаль, — сказала я смущенно.
Корбин покачал головой.
— Не нужно. Это было давным-давно, еще до рождения твоих предков. — Он, казалось, встряхнул себя, сбросив меланхолическое настроение, охватившее его ранее. — Так ты боишься спускаться в мое убежище, потому что думаешь, что я займусь с тобой сексом и потеряю контроль.
— Пожалуй, да.
— Но я говорил тебе, что не заинтересован в подневольном партнере в постели. И ты, безусловно, по-прежнему не желаешь этого, — отметил он. — Что, если я пообещаю не заниматься сексом с тобой сегодня вечером?
— Правда? — Я начинала задумываться, какого рода наказание он придумал для меня. Если это не порка и не секс, то что Корбин собирается делать со мной?
— Да, правда. — Он кивнул. — Фактически, я лишь чуть-чуть прикоснусь к тебе сегодня вечером.
— Честно?
— Честное слово. — Он серьезно кивнул, а затем прикоснулся ладонью к моей щеке. — Эддисон, мне не нравится ругаться с тобой.
— Тогда позволь мне вернуться домой, — тотчас сказала я.
На его лице отразилось почти сожаление.
— Боюсь, я не могу этого сделать. Я не отпущу тебя, но и не причиню тебе вреда. Можешь ли ты довериться мне достаточно и поверить в это?
Я посмотрела в его глаза, в эти серебристо-синие глубины, в которых, как мне казалось, прятался монстр, и видела там только искренность.
«Он говорит правду. Он на самом деле говорит правду».
— Я… верю тебе, — медленно сказала я. — Хоть и не знаю, почему.
Корбин улыбнулся, сверкнув кончиками клыков.
— Это первая разумная вещь, которую ты сказала за всю ночь. Пошли. — Он снова указал на каменную лестницу, и на этот раз я пошла за ним.
Он оказался прав, проход стал шире через несколько сотен футов. Он выходил в небольшую прихожую с компьютерным экраном на стене и дверью, которая снаружи напоминала дверь в банковское хранилище.
— Это одно из мест, где я отдыхаю в дневное время. — Корбин положил руку на плоский экран, и каждый из его пальцев один за другим отсканировали вспышкой света. — Считай, что тебе повезло, — сказал он, когда из дверей хранилища раздался шипящий звук, как будто произошла разгерметизация. — Я раньше никогда не приводил сюда человека.
