Гном и непроизносимым ником жителя кельтского технопанка открыл глаза.
— Приветствую тебя в новом счастливом мире, — говорю я, убирая череп с оставшейся кровью в инвентарь. — Я буду звать тебя, Игорь!
…
Гладиус Мортимер Амберский с открытым ником Глад испытывал раздражение третьего уровня. Если бы его спросили, почему именно третьего, он бы рассказал старинную байку с факультета Нетрадиционным Мемов гоморрского университета Альтернативной доквантовой истории. Ту, в которой одному человеку три раза звонят ночью и спрашивают некоего Алекса.
А дело было во времена, когда интеллект домашних телефонов находился на таком уровне, что они могли будить своих владельцев, не смотря на важность и главное, достоверность, ночного вызова.
И вот, с каждым звонком степень раздражения человека (не Алекса) увеличивается, соответственно на одну степень.
Хуже всего в этой аллегории для Глада было то, что он отлично знал, какая стадия следует за третьей. Бешенство. Её вызывает четвёртый звонивший, говоря: «Здравствуйте, я Алекс. Мне не звонили?»
Когда Глада в составе шестого имперского легиона отправили за зачистку недавно обнаруженного гнезда упырей в гномьих шахтах, он даже обрадовался. Новый вид монстров, введённый перед долгожданным глобальным дополнением, давал надежду на большой шанс выпадения жетонов эволюции.
Зато приказ, отданный им перед спуском в шахту о сдаче всех найденных жетонов, вызвал первую степень раздражения. И обещание компенсации в виде очков имперской фракции не делало ситуацию более приятной. Как-никак, а для рядового паладина, насколько слово «рядовой» может относиться к элите имперских легионеров, шанс получить жетон эволюции, кроме как выбить его с монстра, довольно мал.
Второй степени раздражение достигло, когда на них обрушились каменные сосульки, а их сотник, вместо того, чтобы закрепиться на единственном ставшем безопасном месте пещеры, отдал команду разделиться.
Сегодня с ними выступило пятеро жрецов, вместо необходимых десяти, так что выжившим, пришлось делиться на пять отрядов, разрушая сложившиеся десятки. Хорошо хоть жрецы не пострадали.
Ну а третьей стадии раздражения, он достиг, когда ему на плечи свалилась большая мышь с разорванным крылом. Он даже не успел выхватить меч — копьё в такой ситуации не помогло даже устоять на ногах. Упыря, прокусившего его шею, конечно, сразу прикончили соратники, но он наблюдал за этим уже из состояния призрака.
И ведь отключиться от Квантума он не мог. Жрец в любой момент мог его воскресить. Другое дело, что он не будет это делать, находясь под постоянными атаками упырей. Но то, что его воскресят после победы, Глад не сомневался. И вот тогда он может дойти до своей четвёртой стадии.
Потому что умершим в бою, конечно, полагалась компенсация, но возможности заныкать жетон у него не будет. Зато, что касается выживших, то чем меньше их останется, тем больше у каждого из них шанс получить свой пропуск к долгой и богатой жизни.
И, кстати, а хочет ли их сотник найти жетон «официально»? Так, чтобы его пришлось отдать высшему командованию, за те же балы. Которые с приближением нового Плана Квантума ценились всё меньше и меньше.
Так может его приказ о разделении не являлся такой уж глупостью? А, наоборот, стал результатом продуманной тактики на уменьшение конкуренции? Тогда становится понятным и минимально допустимое количество жрецов в рейде на пусть слабого, но ещё неизвестного противника.
И то, что он парил призраком рядом со своим телом, ситуацию не исправляло. Он, как и все остальные убитые, просто не увидит выпавшего жетона.
Решив, что должен проявить стоицизм и вместо того, чтобы терзаться непродуктивными сомнениями, лучше заняться чем-то полезным, Глад вышел в личный кабинет и включил запись передачи, которую ещё вчера хотел посмотреть.
Если его оживят после боя, то полминуты задержки роли не сыграют. А он тем временем хотя бы послушает, что говорят умные люди о возможности попасть на продвинутый уровень эволюции.
…
— Почему счастливом… и почему Игорь? — вопросил обращённый гном.
— Подожди, — я поднял указательный палец, демонстрируя оживлённому важность текущего момента. Да и на самом деле, я был занят выскочившим уведомлением.
— Мир будет счастливым, потому что счастье или несчастье просто продукт нашего выбора. Как я решу его воспринимать, таким мир и будет. Для меня уж точно. А считать мир несчастливым или несправедливым, значит искусственно повышать трудность его прохождения. А нам это надо? Мне уж точно нет. И так на высшей сложности прохожу.
У нас сейчас другая проблема. Тут мне сообщили сверху, — я поднял палец ещё выше, — что ты стал первым обращённым в упыря гномом. И мне нужно выбрать название для твоей новой расы. У тебя будут предложения?
