На самом деле, он спокойно мог уже отключаться. Они явно проиграли. Благодаря предателю, их некому воскрешать. Комиссары давно предупреждали о возможных предательствах. Как единичных, так и массовых. Из-за политики их руководства по отношению к распределению жетонов внутри империи. Так что Константин не сильно злился на ставшим упырём легионера. Тем более что он присосался не к его телу.
А вот тот, кто пил его кровь… к нему жрец испытывал смешанные чувства. С одной стороны, это, несомненно, враг. С другой, ему было любопытно, что тот пообещал предателю. И по всему выходило, что ничего, кроме жетона обещать он не мог. Осталось посмотреть, выполнит ли он обещание или нет.
Если нет, это можно будет использовать для пропаганды патриотизма. А если да… то у империи могут быть большие проблемы.
Упыри высосали обезглавленные тела и накинулись на оставшихся. Вытащили мечи и присосались к ранам на шеях.
Интересно, — мысленно нахмурился Константин, — ни вампиры, ни упыри не могут ведь пить кровь мертвецов. Она для них как яд. Что же получается? Этот некто так воткнул мечи, что они перерезали все артерии, но не перерубили позвонки? И для третьего уровня этого не достаточно чтобы сразу умереть? Значит всё продумано до такой степени? Обязательно надо досмотреть, чем всё кончится!
Со смертью жрецов погасли все барьеры закрывающие входы в заражённые упырями шахты, а с воинов света слетели усиливающие и защищающие баффы. Чем не преминул воспользоваться упырь.
Бот, которому осталось всего ничего до уровня кванта — всего-то выжить в бою и разобраться с новыми способностями, избрал самую надёжную и знакомую тактику. Он снова закрылся кровавым щитом и заорал, призывая всех ближайших упырей. Как самый старший из них, он, естественно обрёл право командовать всеми. Ну, за исключением двух упырей игроков и некоторого числа гремлинов, что хоть и приходились прямыми родственниками упырям, но никаких командно-социальных связей с последними не имели.
Паладины, поняв, чем дело пахнет, начали отступать к выходу, но у их командира оказалось другое мнение. Он отдал приказ на общую атаку.
Разумно, — оценил его действие Константин, — мысленно составляющий доклад начальству. Нет, конечно, сдавать его будет старший их группы, но он уже довольно долго варился в имперском социуме, чтобы просчитать последствия. Старший жрец поручит писать доклад кому-то из младших. А все, кроме него, наверняка свалили.
Нет, чтобы написать докладную о проигранном бое лично досматривать его не надо, но в церкви, как и в армии, инициатива наказуема. Остался, ибо слишком любопытен? Молодец, сам напросился.
Любопытство — грех, вздохнул Константин. И не важно, что это утверждение верно лишь в поисках скрытого смысла в квантовых писаниях, якобы скопированных с мистических текстов людей. Важно, как это интерпретирует инквизиция.
Посему, объяснить своё стремление понаблюдать за упырями и неудачливыми действиями армейского руководства, стремлением сделать более подробный, основанный на личных ощущениях доклад, будет единственно правильной тактикой. Тем более, что к нему давно присматриваются из-за пристрастия к старинным хоррорам. И то, что они дали больше половины идей создателям Квантума, никого не волнует. Ибо хоррор это территория Доминаций Хаоса, а значит ересь.
Кровавый щит лопнул под слитным ударом копий со всех сторон, а дальше выяснилось, что новорожденный квант оказался умнее чем… Константин задумчиво перебрал наиболее подходящие эпитеты, а потом отказался от них. Его отчёт наверняка попадёт на закрытый форум командования, а портить отношения ещё и с военными ему не хотелось.
Просто нужно будет скромно указать, — решил он, — что возможности рукопашного боя упыря четвёртого уровня намного превосходят паладинские третьего. Банально потому, что с каждым пускающим кровь ударом, упырь восстанавливал себе здоровье. А ещё он на две головы выше самого рослого паладина. И его нетопыринские крылья лишившись перепонок, превратились в несколько складных двухметровых костяных клинков, пробивающие доспехи легионеров насквозь.
И ни слова не писать об интеллектуальных способностях командующего, повёдшего подчинённых на убой.
И тут, будто этого мало, на зов новорожденного патриарха прилетели упыри. Стаи из сотен мелких, не больше метра в размахе крыльев летучих мышей влетали в пещеру через открытые проходы. И кинулись сверху на оставшихся паладинов. Те, наконец, решили, что с них хватит, и начали отступать по всем направлениям.
Паладин — не рыцарь и доспехов закрывающих всё тело не имеет. Обычно они обходятся защитой света, но сейчас она кончилась. В пещере вообще стало довольно темно. Разумеется, для призрака это не принципиально, Константин всё равно всё видел в серых тонах.
Главный упырь, оставшийся в окружении двух десятков трупов начал курс самолечения. Из тел тоненькими ручейками по воздуху потекла кровь и стала собираться в кровавую сферу рядом с кровососом.
