Что может быть общего между "старинной" легендой и глубоким обмороком вернувшейся из дальних стран на родину дамой? Юный Генри Уайтхол, используя свои умения логического мышления — подобно знаменитому Шерлоку Холмсу — расследует это таинственное происшествие.
Четырехместная коляска катила по раскисшей от воды дороге. Из-под колес летели брызги и комья грязи. Ночью прошел дождь, но теплое майское солнце обещало подсушить землю ко второй половине дня. В коляске сидели четверо пассажиров: немолодая, но еще красивая женщина, девушка лет двадцати и двое юных джентльменов. Судя по многочисленному багажу и покрою одежды, этих людей можно было принять за путешественников или приезжих. Они с интересом оглядывались по сторонам; женщина вполголоса что-то говорила своим спутникам, а те с большим вниманием слушали ее. Тем временем коляска подъехала к большому старому замку. Стены замка потемнели от времени и приобрели украшение в виде плюща, вьющегося до самой крыши. На фронтоне по обеим сторонам были изображены чаши, пронзенные мечами. Между ними была заметна высеченная на камне дата 1340.
Экипаж остановился. Кучер спрыгнул с козел и открыл дверцу: — Прошу Вас, миледи.
— Вот мы, наконец, и дома! — радостно воскликнула дама, выходя из коляски. В это время на крыльцо вышли восемь или девять человек.
Один из них — мужчина лет тридцати семи-сорока — очевидно главный, отдал распоряжение, и трое слуг стали разгружать багаж. Мужчина же подошел к приезжим, поклонился и торжественно произнес: — Добро пожаловать в Ваш родовой замок, леди Гоблетсворт!
Солнечные лучи, пробившиеся сквозь задернутые занавески, скользили по комнате. Они перескакивали с полированного шкафа на стекла книжных полок, потом пробегали по портретам, развешанным на стенах, играли с яркими разноцветными рыбками в большом аквариуме. Один из лучей пытался проникнуть за плотно закрытые веки спавшего юноши. Был ли тому виной упрямый солнечный луч, или негромкий, но настойчиво повторявшийся стук в дверь, но юноша открыл глаза. Посмотрев на часы и тяжело вздохнув, он встал с кровати и открыл дверь. На пороге комнаты стоял высокий седой человек лет пятидесяти.
— В чем дело, Роджер? — усталым голосом обратился к нему юноша. — Сейчас только половина девятого утра. А я всю ночь не мог сомкнуть глаз и заснул всего с час назад.
— Прости, Генри, — ответил тот, кого юноша назвал Роджером. — Только что с курьером было доставлено какое-то письмо.
Генри оделся и, взяв письмо, стал читать его вслух.
— Ну, что Вы думаете по поводу этого письма, Роджер? — поинтересовался юноша.
— Не знаю. — Тот пожал плечами. — Очень уж кратко и неопределенно написано. А каково твое мнение?
— Ну, кое-что я могу Вам сказать уже сейчас, не дожидаясь автора этого письма. — Генри улыбнулся. — Во-первых, этот джентльмен только недавно прибыл в Англию: у нас не принято так ставить даты. Во-вторых, он весьма знатного рода. Видите, на бумаге в левом верхнем углу изображен герб с короной лордов. Без сомнения, этот молодой человек — один из сыновей леди Гоблетсворт, которая недавно вернулась в Англию из Европы. Об этом была большая статья в "Таймс". Далее, мистер Гоблетсворт считает свое дело настолько спешным, что, приехав в Лондон вчера вечером, он отправил письмо с самым ранним почтальоном.
— Почему ты считаешь, что он приехал в Лондон вчера вечером, а не утром? — спросил Роджер.
— Но это же очень просто. — Генри пожал плечами, удивляясь, что его друг не понимает очевидной вещи. — Если бы он приехал вчера утром или же днем, то, считая свое дело весьма спешным, явился бы сюда еще вчера. Что же касается самой причины приезда мистера Гоблетсворта, то я могу сказать лишь то, что происшествие, какое бы оно ни было, случилось не ранее, чем дней пять назад; а, скорее всего дня два или три.
Через некоторое время Генри Уайтхол сидел в библиотеке, ожидая посетителя, когда вошедший Роджер Паркер доложил: — Мистер Уайтхол, к Вам мистер Роберт Гоблетсворт.
Затем в комнату вошел молодой человек лет восемнадцати. Вид его был решителен и слегка взволнован. Он с удивлением посмотрел на Генри. И в самом деле, трудно было поверить, что этот худенький шестнадцатилетний мальчик и есть тот самый Генри Уайтхол — известный и удачливый сыщик, о котором писали газеты.
— Прошу Вас, мистер Гоблетсворт, — Генри указал посетителю на кресло напротив своего. — Садитесь и расскажите о причине, которая так взволновала Вас и привела сюда.
Молодой человек сел. — Простите, — недоверчиво спросил он, — Вы и есть тот самый Генри Уайтхол?
