Все время здесь он слышал журчание воды, но не придавал этому значения.
– Я решил. Мы пойдем к истоку этой жидкости. По звуку и ощущениям, – гордо заявил Ши Ран.
– Ох, и как я не подумал? Отличная идея!
Заклинатели стихли и стали прислушиваться к размеренному журчанию воды. Течение было совсем слабеньким, но шло точно с определенной стороны.
– Идем. – Ши Ран взял командование на себя-любимого и стал раздавать указания.
– Ага, – прозвучало с интонацией «вас понял!» от Ву Лина.
Ши Ран вконец измотался непрестанной ходьбой без крупицы духовной энергии. Тело начинало потихоньку слабеть, и почему-то вдруг стало очень холодно.
Он уже где-то два часа расхаживает без духовной энергии, а печать на груди в это время потихоньку поглощает его тело и душу.
– Бежим! – неожиданно выкрикнул Ши Ран, потянув Ву Лина на себя за собственный пояс.
– Что?
– Быстрее! Надо как можно скорее выбраться отсюда!
– А, да? Хорошо, – на бегу ответил человек-мандаринка.
Ши Ран собрался с мыслями, успокоился и включил старшего брата.
Только вот про себя Ши Ран думал совсем иное:
Вскоре заклинатели выбежали из воды и ступили на сухую землю, где и замерли. Помимо журчания воды были слышны звуки копошения и противные вскрикивания орла.
– Убью эту курицу! – Ши Ран в ярости направился в сторону звуков.
– У тебя нет духовной энергии.
– Ах, да. Точно… – ослабевшим хриплым голосом ответил проклятый заклинатель, удивляясь резкому ухудшению своего состояния.
Что же делать? Ситуация казалась безвыходной. Из-за отсутствия духовной энергии заклинатели не могли ни справиться с орлом, ни выбраться из подземелья. А грудь Ши Рана разразилась яростной болью, будто место печати демона скорби прижигали клеймом, а может, и чем похуже. Если бы Ши Ран сейчас мог хоть что-то видеть во тьме, он бы понял, что зрение уже постепенно покидало его.
Саднящая боль расползалась от сердца, охватывая каждый цунь его бренного тела, отчего стало невыносимо трудно дышать. Ши Ран осел на колени, не в состоянии вдохнуть или пошевелиться. Все, что он сейчас мог, – терпеть ужасную жгучую боль во всем теле.
Постепенно, агония отступала. Ее заменял густой и тягучий туман небытия.
Ши Ран резко распахнул глаза и сразу зажмурил, ослепленный невероятно ярким светом. Смирившись с невозможностью быстро открыть глаза, он стал постепенно поднимать веки, чтобы привыкнуть к сиянию.
Ши Ран сел на кровати. Он был в незнакомой комнате, похожей на обычные покои в усадьбе для постояльцев. Только вместо дешевой циновки стояла дорогая и мягкая кровать.
Он был в одних нижних одеждах. Чистых и опрятных. Долго не заглядываясь на кусочки ткани, он резко распахнул ворот, дабы увидеть свою грудь.
