Лысый достал из бара, встроенного прямо в длинный узкий стол, бутылку армянского коньяка со стаканами. Из холодильника в пластиковые тарелки перекочевали: буженина, сырокопчёная колбаса, бутерброды с чёрной икрой, жареный цыплёнок, овощи, фрукты и какие-то пиалки с неизвестными ингредиентами.
— Хватит! Присаживайся! — Старый усадил профессора напротив себя.
Как бы нечаянно, на край стола «улёгся» дробовик, стволом в сторону хозяина апартаментов.
— Да я, собственно, недавно позавтракал, — замялся лысый, но под тяжёлым взглядом сталкера, резво схватил наполненную рюмку с ломтиком лимона. — Давайте выпьем за встречу и наше будущее сотрудничество! — задвинул он тост, протягивая стакан, чтобы чокнуться.
— За встречу — это хорошо, ну а насчёт сотрудничества, ты явно поспешил. Мы ещё ничего не решили, так что, не гони лошадей, — Сергей медленно выцедил коньяк, зажмурился и крякнул от удовольствия. — Какое блаженство! Нефигово ты здесь устроился док, только девочек не хватает. Или может? — он вопросительно уставился на профессора.
Тот покраснел и, замявшись, проговорился:
— Иногда привозят шлюшек. Ловят нелегально в Варшаве — переправляют сюда. Но они быстро надоедают, да и не падок я на них.
— А куда ты их потом деваешь? — с набитым ртом, поинтересовался Старый.
— Так никуда. Вася любит свежее мясо и проблем с оглаской никаких, — буднично ответил тот.
Сталкеры застыли в шоке, как будто кто-то нажал стоп-кадр. Серый, откладывая бутерброд, медленно спросил:
— А кто, этот Вася?
— Контролёр…
Повисла гнетущая пауза, затем Сергей, глотая через силу, произнёс:
— И ты его сам кормишь?!
— Зачем сам? Для грязной работы у меня рабов хватает, — испугавшись настрою гостей, промямлил Абрамов.
— Какая же ты мразь! — Старый бросил в тарелку ножку цыплёнка и положил руку на «Чейзер».
Профессор втянул голову в плечи, вжимаясь в стул.
— Они же отбросы общества. Их там пачками извращенцы убивают! — попытался оправдываться учёный, но поняв, что это безрезультатное занятие, умолк и стал нервно грызть ногти на руке.
Сергей налил полную рюмку янтарной жидкости. Чуть помедлив, выпил залпом.
— Старый, убери отсюда это учёное дерьмо, пока я не придушил его голыми руками! — сквозь зубы процедил он.
Тот встал и, схватив за шиворот профессора, потянул к двери с ажурным стеклом. За ней располагалась просторная комната, уставленная полками с книгами, а у стены стояла деревянная широкая кровать. В углу находилась железная дверь, совсем не гармонирующая с окружающим интерьером. Старый открыл её и нашёл то, что искал. Две металлические кровати, небольшой низенький стол — вся мебель, что имелась в наличии. Из стены торчал стальной штырь, с которого свисали две длинных цепи с наручниками на концах. К одной из них и был пристёгнут Хозяин Зоны.
— Что будем делать? — спросил Сергей напарника, когда тот вернулся за стол.
— Я не знаю. Давай отоспимся, затем решим.
Сталкеры молча, утолили голод. Наспех помывшись в шикарном душе, улеглись на профессорскую кровать. Старый установил на КПК будильник и сразу захрапел. Сергей, несмотря на усталость, не мог уснуть. Он вспоминал «свидание» с Васей и у него, всё тело покрывалось холодными колючими мурашками. Вдобавок, в голове поселилась сильная пульсирующая боль. Он встал и направился к бару с намерением опустошить замеченную им накануне початую бутылку «вискаря».
Только «больной» открутил крышку с горлышка, как в дверь кухни осторожно постучали. Встревоженный голос из коридора спросил:
— Хозяин, у вас всё в порядке? Вы пропустили плановую молитву.
Лысенко растерялся. Затем, подражая голосу лысого, произнёс:
— Всё хорошо!
Он надеялся, что тот, за дверью, уйдёт, но его ждало разочарование. Ручка двери повернулась и, склонившись в поклоне, на кухню вошёл двухметровый детина в костюме «Монолита». Кроме кобуры с пистолетом, оружия при нём не наблюдалось. Сергей навёл ему в лицо ствол «калашникова», к счастью, всё это время лежавший на столе, и спокойно предупредил:
— Дёрнешься — умрёшь! Руки за голову!
Бугай распрямился. Их взгляды встретились. Как ни в чём не бывало, монолитовец расстегнул кобуру и стал вынимать пистолет. В его глазах не возникло и капли страха или хотя бы сомнения. Ни один мускул не дрогнул на обветренном лице.
Короткая автоматная очередь разворотила лицо фанатика, превратив его в фарш. Центнер радиоактивного мяса, взмахнув руками, громко завалился навзничь. Выпавший пистолет, громко звякнул о кафель пола.
Из спальни с дробовиком наперевес выскочил Старый. В миг, оценив ситуацию, он метнулся в коридор и мгновение спустя, тяжело опустился на стул рядом с напарником.
— Будешь? — наливая себе полный стакан шотландского пойла, спросил Сергей.
— Лучше водки — терпеть не могу этот заграничный самогон, — проворчал тот и сам плеснул себе из литровой бутылки. — Сволочи! Не дадут поспать! — в три глотка осушив стакан «Абсолюта», крякнул сталкер.
— Слушай друг, давай валить отсюда, пока они не выковыряли нас из этого притона. Что-то я себя здесь неуютно ощущаю. Тревожно на душе! — взмолился парень.
