Ветеран отошёл назад к ближайшему тополю и стал разматывать верёвку для транспортировки Пупсика. В нагрудном кармане хрюкнул передатчик, и голос напарника прошипел:
— Старый, я тут обдумал наш план и решил. Ты, наверное, отправь сообщение, когда закончишь все приготовления, а то Федька может не появиться днём — будет ждать следующей ночи. Ему спешить некуда, так что… В общем, отбой связи!
— Хорошо! Как скажешь! — ответил сталкер и, привязав верёвку к кресту Пупса, отослал сообщение в сеть.
Устраиваясь поудобнее за обломками деревянных ящиков у стены крайнего цеха завода, Старый слышал, как «долговцы» делали ставки. Весть о том, что Черепаха открыл на двух сталкеров сезон охоты, разнеслась по «сарафанному радио» на весь «Росток». Преимущественно ставили на Федю. У ветерана защемило сердце. Пальцы рук непроизвольно сжались в кулаки. «Сука! Если завалим киллера, найду Чёрного и собственноручно сверну ему шею»! — поклялся себе Старый и зло сплюнул.
Незаметно наступила ночь. Луна, очевидно, взяла сегодня отгул и косматые тучи толпами резвились на чёрном небе, играя со звёздами в кошки-мышки. Где то далеко, на Армейских складах, несколько автоматчиков старательно поливали свинцом стадо кабанов. Визг мутантов и эхо выстрелов сопровождал протяжный вой чернобыльского пса с южной стороны завода. Зона жила привычной жизнью, продолжая даже в темноте сеять смерть.
Сергей уже без малого два часа лежал неподвижно, сжимая зубами трубку для подвода воды. Всё тело ныло с непривычки. Мышцы затекли от неподвижности, чесалось колено и шея.
— Терпи казак — атаманом будешь! — мысленно приказал себе Лысенко.
В наушнике щёлкнуло, и тихий голос Старого прошептал:
— Пупс вышел на тропу войны…
— Понял! — одними губами ответил парень.
Прошёл ещё час. Сергею хотелось вскочить, и пуститься в безумную пляску. Холодные мурашки щекотали и покалывали всю поверхность кожи. «Ещё полчаса и я сойду с ума», — подумал Лысенко и вздрогнул от неожиданности, когда в ушах пикнуло, а на дисплее шлема появились красные цифры. Пятьдесят метров — показывал датчик расстояния до цели, затем стал медленно отсчитывать назад.
Примерно на краю лесочка, объект остановился. Минут двадцать моргала циферка «39». «Мутант, или Феденька»? — сверлила мозг надоедливая мысль. «Ну же, давай! Иди на пригорок»! — умолял индикатор Сергей.
Наконец, метр в минуту, киллер стал приближаться. В том, что это Черепаха, сталкер уже не сомневался. Онемевшее ниже пояса тело напряглось. Вдруг в шею больно кольнуло. По организму стало растекаться, успокаивающее нервы, тепло. «Спасибо тебе костюмчик»! — мысленно поблагодарил, встроенную в «Хищник» аптечку Серый, и медленно стал передвигать кисть, чтобы включить ПНВ.
Когда цифры застыли на отметке «21», он выждал минуту и нажал кнопку активации прибора ночного видения. В глаза ударила яркая синева полоски на не заклеенной части шлема. Быстро сориентировавшись на местности, Сергей нашёл глазами приметную возвышенность и медленно потянул на себя «ВСС».
На первый взгляд на пригорке ничего не изменилось. Та же маленькая травка, та же округлая форма, разве что…
«Вот оно! Это ствол! — решил Лысенко, разглядывая очертания какого-то сучка на вершине. — Днём там ничего не было», — подумал сталкер и шепнул в переговорное устройство:
— Давай Пупса!
Предполагаемый ствол тут же колыхнулся вправо, над ним медленно выросло подобие громадной шляпки гриба. Мгновение, и раздался звук, похожий на выстрел из пневматической винтовки. В ушах заревел голос Старого:
— Пупсика замочили! Серёга, он здесь!
Парень хладнокровно навёл перекрестие в основание шляпки и нажал спуск.
— Дух-дух-дух! — пропел «винторез».
Сразу же, чуть правее первых выстрелов, Сергей разрядил остаток магазина.
— Серый, не молчи! Говори — что там? — надрывался в рацию Старый.
— Тихо! Кажется, готов! Не высовывайся — я проверю! — скомандовал парень и сорвал наклейку со стекла шлема.
Дёрнувшись всем телом, с намерением резко вскочить, Сергей качнулся. Затёкшие ноги, несмотря на действие стимулятора, отказались подчиняться. Он еле успел обхватить ствол дерева, чтобы не упасть. Миллионы иголок пронзили мышцы ниже колен. «Если я ошибся, то мне конец! Лучшей мишени, чем придурок, обнявший тополь на обочине дороги, и придумать нельзя», — тоскливо подумал он, медленно поворачивая голову в сторону пригорка и ожидая выстрела в лицо.
Секунды, словно пузырь жевательной резинки, растягивались, перерастая в минуты тягостного ожидания страшной неизвестности. Ехидный чёртик в голове удивлённо воскликнул:
— Старик, да ты, и правда, везунчик! В штаны случайно не наделал со страху?
— Пошёл ты! — вслух ругнулся Сергей и, превозмогая утихающую боль, стал попеременно трясти ногами.
Непривычную для Зоны гробовую тишину нарушили армейские ботинки сорок третьего размера, которыми Старый топал по дороге, бегом приближаясь к месту ритуального танца своего напарника.
— Серёж, что с тобой? Ты ранен? Где болит? Не молчи! — сталкер тряхнул товарища и стал, словно девку, ощупывать того с головы до ног.
