– Ты готова? – вкрадчивым голосом поинтересовался Себастьян, оказавшийся на пороге комнаты. – Могу я взять твой чемодан?
– Да, спасибо.
– Хорошо, тогда пошли.
Они покинули комнату и спешно направились к выходу. Минуя вереницы узких запутанных коридоров, в которых девушке удалось пережить так много событий, она с радостью для себя отметила, что больше никогда не вернется в этот дом.
От проскользнувшей мысли ее лицо озарила улыбка.
Себастьян шел впереди и нес набитый вещами чемодан. Когда они преодолели главную лестницу и наконец покинули дом, то направились прямиком на стоянку, путь к которой проходил по узкой тропинке через лес.
– Не жалеешь, что уезжаешь от нас? – спросил Себастьян, оборачиваясь к идущей позади девушке.
Его лицо было освещено ярким светом повисшей в безоблачном небе полной луны, отчего кожа мужчины напоминала блестящий отполированный мрамор.
– Нет, – отвечала Мелинда, однако тут же вспомнила Аллана, его серебристые глаза и прохладные губы. – Не жалею.
Мелинда не могла видеть реакцию впереди идущего вампира, но готова была поспорить, что как только она произнесла эти слова, он довольно улыбнулся. По крайней мере, беспечная интонация подтверждала догадки девушки.
– Что ж, твой выбор.
Остаток пути Себастьян и Мелинда преодолели в молчании, потому что ни у кого не возникло желания поговорить. Да и если подумать, то говорить им было совершенно не о чем.
Тишину ночи нарушали лишь звуки их шагов, заливистое пение ночных птиц, доносящееся из чащи леса, и шелест листьев, который в настоящий момент благотворно влиял на душевное равновесие девушки. Вокруг стояла атмосфера безмятежного спокойствия, и на секунду Мелинде показалось: если закрыть глаза и представить, что мама не превращалась в вампира, а ее саму не опаивали кровью, то поездка очень даже удалась. Но сможет ли она внушить себе, что череда безумных событий – это лишь бредовый сон, ставший последствием затянувшейся лихорадки?
Легкий ветерок приятно ласкал кожу, а душистый воздух раскинувшегося вокруг леса заставлял с душевной теплотой подумать о родном городке, где сейчас, наверное, замело снегом все улицы. Мелинда вспоминала, что зимой у них с мамой всегда было много хлопот по хозяйству. Зима в их края приходила холодная, и чтобы вконец не замерзнуть и хорошенько обогреть дом, им с Кларой приходить топить огромный камин в гостиной, делать горячий шоколад, запасаться теплыми свитерами и вязаными носками.
Все эти воспоминания, прокрученные ею во время спуска по крутой извилистой тропинке, отзывались в душе приятной грустной ностальгией. Это были воспоминания, в которые всегда хочется вернуться. Близкие сердцу дни, которые не забываются до самой смерти.
Мелинда знала, что совсем скоро окажется в своем родном городке, среди привычного окружения и нормального ритма жизни, где не будет места ни излишней музейной роскоши, ни древним сверхъестественным сущностям, в головах которых водятся самые немыслимые планы.
Скоро все наладится: Мелинда сядет в самолет, прилетит домой, распакует чемодан и уляжется на свою любимую кровать, где до нее никогда не доберутся вампиры и другие чудовища. Девушка пришла к выводу, что только дома она могла чувствовать себя по-настоящему счастливой, наслаждаться стабильностью наступившего дня и быть уверенной в том, что ее жизнь не перевернут с ног на голову.
Голос Себастьяна вывел девушку из размышлений. Они уже спустились на забетонированную площадку, где был припаркован знакомый черный автомобиль. Элегантный спортивный «Ягуар», в котором несколько недель назад они с мамой пожаловали в поместье Мортисов. «Ягуар», в котором они с Алланом не так давно отправились в город, и он рассказал ей множество захватывающих историй о своей семье. «Ягуар», в котором у девушки впервые зародились какие-то надежды на то, что на этот раз мама сможет выстроить свою личную жизнь, и у них все будет хорошо.
Что ж, подумала Мелинда, хоть последнее сбылось: мама очень быстро построила личную жизнь.
– Можешь присаживаться, принцесса, – проговорил Себастьян, открывая перед девушкой заднюю дверь. – Если хочешь, садись вперед.
– Нет, спасибо, – ответила она и, устраиваясь в салоне, добавила: – Предпочитаю ездить на заднем сидении.
Ничего не ответив, Себастьян захлопнул дверь и, огибая автомобиль, направился к багажнику, куда уместил чемодан. Вскоре мужчина уже сидел на водительском кресле и заводил мотор. Все манипуляции Себастьяна Мортиса сопровождались равнодушным молчанием, что очень быстро наскучило Мелинде.
– Может быть, послушаем радио? – предложила она, когда мужчина выруливал с парковки.
– Какую музыку ты предпочитаешь?
– Старый рок-н-ролл, если можно.
– Как скажешь.
Себастьян потянулся к панели и, покрутив микшер, настроился на нужную станцию. Из колонок, лаская слух, стали доноситься знакомые звуки
– Слушаешь Элвиса? – заглянув в зеркало дальнего вида, спросил Себастьян.
– Да, мне с детства он нравится.
