– Доктор Теннент, мы ежегодно получаем двести пятьдесят тысяч сообщений о пропавших людях. Если мы станем принимать каждого, кто хочет сделать заявление лично, у нас выстроится очередь, длиной в десять раз превышающая расстояние отсюда до центра Лондона и обратно.
– Я все понимаю.
– Я сделала для вас исключение. Но вы должны пообещать, что не назовете по радио наш адрес, только номер телефона горячей линии.
Майкл улыбнулся:
– Обещаю.
– Хорошо. – Она слегка смягчилась. – А теперь расскажите, что у вас случилось.
Майкл поведал ей всю историю. А когда закончил, то увидел, что Кэролайн Нельсон смотрит на него не сочувственно, а с подозрением.
– Вы с ней поссорились, доктор Теннент? У вас был конфликт?
– Нет! Ничего похожего!
– Вы уверены?
– Конечно. Нам… нам с ней…
– Может, вы ей угрожали? Били ее?
– Нет, что вы. Я очень люблю Аманду. Нам было так хорошо вместе.
– Не хочу вас обидеть, доктор Теннент, но так говорят почти все мужчины.
– Я не из тех, кто способен ударить женщину. Я вообще очень мирный человек.
– Однако вид у вас такой, будто вы только что участвовали в драке.
Кэролайн Нельсон начала раздражать Майкла, и ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить хладнокровие.
– Я же вам объяснил: я пытался отыскать следы Аманды и свалился в канаву.
Женщина в ответ окинула его взглядом и ничего не сказала.
Чувствуя себя неловко, он посмотрел в окно. На телевизионной антенне сидели два скворца. Где-то там, за окном, была Аманда. Где? «Где ты, моя дорогая?»
– Вы должны понять, что нам очень часто звонят мужчины, говорят, что у них пропала жена или подруга, но потом обычно выясняется, что они били бедняжку, угрожали ей и та в ужасе сбежала. В гостиницу или к друзьям.
– В данном случае ничего подобного и близко не было. Мы прекрасно провели время и расстались очень тепло. Аманда поехала на день рождения к племяннице и обещала позвонить мне, когда вернется. Ладно, допустим, она по каким-то причинам сбежала от меня. Но она не появилась в офисе, пропустила важные деловые встречи. Это абсолютно на нее не похоже. На работе все очень обеспокоены.
– Вы утверждаете, что любите эту женщину. Но вы уверены, что она действительно отвечает вам взаимностью?
– Если Аманда притворялась, то она великая актриса.
– Вы знаете ее совсем недавно. Возможно, у нее есть тайная жизнь, которую она от вас скрывает.
Майкл поставил стакан с чаем на стол и встал, в ярости и разочаровании сжимая кулаки.
– Господи боже! Опять двадцать пять! Я ведь уже объяснил вам: даже если у Аманды и впрямь есть тайная жизнь, которую она скрывает от меня, она не стала бы прятаться от своей ассистентки. Тем более что Лулу ее близкая подруга. Аманда попала в беду, в какую-то ужасную беду… Не дай бог, конечно, но, может быть, она уже мертва. Неужели я единственный человек в этой чертовой стране, кого волнует ее судьба, кто пытается ей помочь?
Кэролайн Нельсон подняла руки:
– Ну хорошо, успокойтесь, пожалуйста. Мы вам поможем.
Майкл отвернулся и снова посмотрел на скворцов.
– Спасибо.
– У вас есть ее фотография?
– Даже несколько.
– Мы изготовим плакат и разошлем его повсюду, постараемся дать объявление о розыске на нескольких телеканалах. Вас это устраивает?
– Пожалуйста, сделайте все, что только возможно! – взмолился Майкл. – Извините за вторжение. И спасибо вам огромное.
– Если вас это утешит, то могу сообщить, что около семидесяти пяти процентов пропавших возвращаются домой в течение тридцати двух дней.
– А остальные двадцать пять процентов? Что с ними?
Кэролайн Нельсон посмотрела ему в глаза и ничего не ответила.
Оливер, муж Лары, в переднике с изображением Гомера Симпсона, пробовал вилкой колбаски на барбекю. Остальные сидели за деревянным столом в тени гигантской ивы: двухлетняя Элис, четырехлетняя Леонора и шестилетний Джейк. Все они смеялись какой-то шутке. Лара тоже смеялась.
Все счастливы. Безоблачное небо, ни ветерка. Вдали за живой изгородью целое море зреющей пшеницы. Крошка Элис все еще давилась смехом, хотя остальные уже отсмеялись.
– Я влюбилась, – сообщила Аманда.
Все повернулись к ней – на лицах теплые улыбки: давай же, рассказывай дальше.
– Безумно влюбилась. Я никогда прежде такого не чувствовала. Я встретила мужчину, который…
Голос ее звучал как-то до странности отчужденно, она словно бы подслушивала себя со стороны. Но потом вдруг резко сбился фокус, что-то изменилось. Солнечный свет стал меркнуть, его сменяла темнота.
Аманда почувствовала под собой жесткий, комковатый матрас, и страх вернулся, когда она открыла глаза в бескрайней темноте, которая теперь стала ее миром.
Она лежала без движения, прикидывая, сколько может быть времени. Ночь? День? Утро? Вечер? Она подумала, что, наверное, существует какой-то способ высчитывать время в темноте. Вот только какой?
Ей очень хотелось помочиться.
Проснувшись в прошлый раз, она развернула матрас в направлении ведра-параши и теперь медленно поползла в ту сторону, конечности затекли от долгого сна. Внезапно Аманда резко остановилась, услышав слабый скребущий звук.
Господи, неужели крыса?
