После трех лет бегства я снова в лагере Сопротивления, прикованная к стулу в качестве монстра-резидента. Все, от чего я бежала, все злодеи моего прошлого — все они здесь, чтобы снова откусить от меня кусочек. Но на этот раз я не одна. С моими Связными, отчаянно пытающимися связаться со мной, и новыми дружескими отношениями, которых я никогда не ожидала, я начинаю верить, что, возможно, не стану тем оружием, которым они хотят меня видеть. Может быть, я стану монстром собственного создания. Когда преданность ставится под сомнение, а связи проверяются на прочность, все, что, как я думала, я знала, переворачивается с ног на голову. Кто мои друзья, а кто враги? Являются ли узы Связных сильнее крови? *«Кровная связь» — это полноформатный паранормальный роман с обратным гаремом, содержащий материалы, которые могут быть сложными для восприятия некоторых читателей. Эта книга закончится клиффхэнгером. Рекомендуется людям 18+ из-за ненормативной лексики и сексуальных ситуаций.
В больнице шумно и холодно.
Мои узы затихают в груди, как будто всплеск, когда они выходят, чтобы защитить меня, утоляет постоянную жажду крови, но я уже знаю, что это ненадолго. Жажда, желание, непреодолимая потребность поглощать… это никогда не проходит надолго.
— Олеандр? Олеандр Фоллоуз? Боже, ты выглядишь как прелестное маленькое создание, сидя на этой большой кровати. Все эти длинные светлые волосы, твои Связные будут так счастливы узнать, что ты выбралась из этой автокатастрофы целой и невредимой.
Я не могу поднять глаза на медсестру, которая говорит со мной, ее голос теплый и добрый, и вместо этого мои глаза сосредоточены на длинных прядях волос, которые лежат на моем лице. Блондинистыми они не являются. Сейчас они серебристые, но вчера были черными. Что бы ни случилось в той машине, это выбелило цвет моих волос.
Я изо всех сил стараюсь не позволить слезам, наворачивающимся на глаза, упасть.
Медсестра щелкает языком, садится на кровать рядом со мной и нежно похлопывает меня по тыльной стороне ладони. — Все в порядке, я поговорила со старшей медсестрой, и она сказала, что твои Связные уже едут сюда. Здесь все очень секретно и тихо, так что они должны быть важными людьми. Я знаю, что по крайней мере один из них достаточно взрослый, чтобы подписать договор о твоем уходе, именно он переселил тебя в эту большую отдельную палату, так что он должен быть из одной из семей высшего общества. Не бойся, с таким Связным у тебя все будет хорошо.
Чем больше она говорит, тем яростнее становятся мои узы.
Я не понимала тогда, но женщина пытается заставить меня заговорить с ней, выяснить, кому я принадлежу, чтобы она могла продать меня. Мои узы знали это, и поэтому убеждали меня держать рот на замке, и хотя я ненавижу их большую часть времени, я слушаю, когда они говорят мне что-то подобное.
— Белинда? Что ты здесь делаешь? Оставь Олеандр в покое!
Я поднимаю взгляд и вижу, как медсестра Джун хмурится в дверном проеме, уперев кулак в бедро, словно готова в мгновение ока вытащить отсюда другую женщину. Когда я очнулась в приемном покое, она была первой, кого я увидела, и именно она сообщила мне, что мои родители погибли в аварии. Я уже знала об этом, но то, как она сообщила новость и как обращалась со мной с тех пор, заставило меня полюбить ее и, что более важно, доверять ей.
Ее глаза немного смягчаются, когда они останавливаются на мне, и она говорит: — Твой обед уже на подходе, и консультант зайдет поговорить с тобой, как только ты закончишь есть. Ему потребовалось немного времени, чтобы добраться сюда, но он лучший в городе. Твой Связной позаботился об этом.
Белинда снова переводит взгляд на меня, но когда она открывает рот, в комнату входит медсестра Джун и прерывает ее. — Я выпишу тебе предупреждение, а теперь убирайся из этой комнаты и прекрати совать свой нос куда не следует!
Задыхаясь и бормоча жалобы, Белинда встает с кровати и выходит из палаты, с усмешкой глядя на медсестру Джун, которая едва удосужилась взглянуть в ее сторону.
Я наконец откидываю голову назад и смотрю на старшую женщину, мои слова звучат скованно и неуверенно: — Я не хочу говорить о своих Связных.
Она кивает и раздвигает шторы чуть шире, полуденное солнце ярким потоком врывается в комнату: — Это к лучшему, если ты этого не хочешь, пока они не появятся. В этом месте слишком много посторонних ушей и глаз. Все, что тебе нужно помнить, это то, что все будет хорошо, когда они приедут.
Я киваю и смотрю, как она еще немного возится с вещами, надеясь, что она останется здесь, пока не принесут еду. Я хочу поговорить с ней, рассказать ей, что, черт возьми, сейчас происходит, но мой язык застыл во рту. После еще одной минуты проверки моих документов она улыбается мне и уходит, не сказав больше ни слова.
Мои глаза зажмуриваются, как только дверь закрывается, ужас пробегает по моим венам, когда голос в углу снова начинает говорить: — Я думал, они останутся здесь навсегда, смертоносная маленькая Заклинательница душ. Итак, на чем мы остановились? Ах, конечно… Я рассказывал тебе обо всем, что ты сделаешь со своими Связными, если останешься здесь с ними. Про всю эту боль и страдания, все разрушения, только потому что они будут с тобой. Для вас всех будет гораздо безопаснее, если ты пойдешь со мной.
Тела бесцеремонно падают на грязь вокруг нас, конечности оторваны, а от туловищ не хватает кусков, благодаря сотням кошмарных существ, бродящих по лагерю.
Все три тактические группы, работающие с нами сегодня, формируют периметр, стараясь не приближаться, пока происходит резня, потому что печально известные кошмары Дрейвена не отличают друга от врага, когда находятся в таком бешенстве. Нет, есть только тела, которые они поглощают и разрывают на части, пока из их пасти не потечет кровь и запёкшаяся кровь, а их глаза не засветятся жутким и неестественным светом.
