Мотыльки полетели дальше по залу, послышались крики гостей. Стулья скрипели – люди уносили ноги от вредителей. В считаные мгновения мастерская опустела.
Шоу Баронессы закончилось, так и не начавшись.
Баронесса ещё никогда не была так взбешена. При виде уничтоженной коллекции она почувствовала, как её кровь начала закипать.
А затем она вышла из здания.
Её кровь уже бурлила вовсю.
Оказавшись на улице, она увидела, как последние из её гостей удирают с показа. Подобно мотылькам, от которых они убегали, их словно тянуло к огням, пульсировавшим и сверкавшим со стороны Риджентс-парка. Баронесса нахмурилась. Что происходит?
Поднявшись по лестнице к просторному балкону снаружи своего кабинета, Баронесса посмотрела на парк за окнами. Вокруг многоуровневого фонтана собралась огромная толпа. Взгляды всех и каждого были прикованы к развернувшемуся перед ними шоу – фантастическому, громкому и шумному, яркому и смелому модному шоу в духе панк-рока. Модели расхаживали вокруг фонтана, разодетые в одежду в уличном стиле. Их наряды были полной противоположностью классическим произведениям от-кутюр, представленным в коллекции Баронессы.
Толпа неистовствовала, становясь громче с каждым последующим сногсшибательным образом, который появлялся на «подиуме». Баронесса пробежала глазами по лицам собравшихся, и её ярость усилилась. Это были её гости, элита мира моды, которая должна была присутствовать на её шоу. Вместо этого они стоят сейчас на прохладном ночном воздухе, наблюдая за этим неоновым кошмаром – и наслаждаясь им. Её взгляд скользнул дальше, и она заметила Аниту Дарлинг. Журналистка щёлкала камерой, стоя рядом с парочкой неряшливо одетых парней. «Бездомные, наверное», – холодно подумала про них Баронесса.
– Заводной мотив.
Она резко повернула голову вправо. Джон поднялся на балкон и теперь стоял рядом с ней. Его глаза остановились на собравшейся в парке толпе. Она метнула на него свирепый взгляд. Ей определённо следует хорошенько поразмыслить над его увольнением. Ему не следовало давать лестный комментарий унизительному зрелищу, которое развернулось у неё на глазах.
Только она открыла рот, чтобы его осечь, как в конце самодельного подиума возник чей-то силуэт. Луч прожектора упал на него, осветив женщину. Она прошлась по длинному подиуму и, дойдя до конца, покрутилась – сначала влево, затем вправо. Луч освещал её наряд, но лицо оставалось в тени. Женщина повернулась, а потом направилась к застывшей в нетерпении толпе и наконец склонилась в глубоком поклоне. Когда она выпрямилась, свет упал на её лицо. Баронесса ахнула. Это же Круэлла! И на ней чёрно-белое пальто из пятнистого меха – пальто, которое выглядит так, будто его сшили из далматинца! Толпа ахнула и взорвалась аплодисментами, а Круэлла подняла руку вверх, купаясь в восторженных возгласах.
– Это будущее! – провозгласила она. Пока её слова проносились по парку эхом, вдали зазвучал знакомый вой полицейских сирен.
В то же мгновение один из тех парней, которых Баронесса приняла за бездомных, щёлкнул переключателем, и софиты погасли. В следующую секунду стихла музыка. Модели, зрители и Круэлла бросились врассыпную, исчезая в темноте. Двое бездомных задержались, оглядываясь по сторонам, как будто хотели убедиться, что никто ничего не забыл. Баронесса пристально разглядывала этих двоих. Возможно, эти парни не так просты, как она решила поначалу.
– Она убила моих собак... – прошептала Баронесса. Свет уже погас, но образ Круэллы в пальто из далматинца словно выжгло в её мозгу. Восстание зашло слишком далеко. Когда оно касалось только Баронессы, это было одно дело, но теперь оно коснулось её питомцев.
Баронесса была сыта по горло мелкими сражениями. Круэлла хочет помериться с ней силами? Она объявляет ей войну. Повернувшись к Джону, она приказала ему проследить за этими двоими. У неё было такое чувство, что куда бы те ни пошли, Круэлла отправится за ними.
Круэлла была на седьмом небе от счастья. Её показ прошёл без сучка без задоринки. Пускай до полиции дошли слухи о её маленьком шоу, они не смогли добраться до места вовремя и испортить её заключительный выход. Она знала, что Баронесса откуда-то издалека наблюдала за ним (это с самого начала было частью её плана). Жаль, она не могла видеть выражение лица модельерши, когда та увидела её в далматиновом пальто.
Она знала, что Джаспер и Хорас наверняка злятся на неё за то, что она не пошла в Берлогу вместе с ними. Ну и пусть. Она слишком взбудоражена, чтобы лечь спать, слишком счастлива, чтобы смотреть на их кислые мины и выслушивать нравоучения. Она понимала, что бросила вызов чудовищу и следует быть осторожной. Но этой ночью ей хочется развеяться. У неё заурчало в животе. «И перекусить», – добавила она про себя.
