В романе изображается пробуждение демократического сознания крестьянства в период столыпинской реформы и его стремление разобраться в политике на фактах жизни восточных марийцев, даны образы героев, поднимающихся на борьбу за счастье и светлое будущее народа. Автор обильно использует этнографический материал из жизни и быта марийцев.
Annotation
В романе изображается пробуждение демократического сознания крестьянства в период столыпинской реформы и его стремление разобраться в политике на фактах жизни восточных марийцев, даны образы героев, поднимающихся на борьбу за счастье и светлое будущее народа.
Автор обильно использует этнографический материал из жизни и быта марийцев.
ПЕРВАЯ ЧАСТЬ
ВТОРАЯ ЧАСТЬ
ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ
ЧЕТВЕРТАЯ ЧАСТЬ
ПЯТАЯ ЧАСТЬ
ШЕСТАЯ ЧАСТЬ
СЕДЬМАЯ ЧАСТЬ
ПОСЛЕСЛОВИЕ
INFO
notes
1
2
3
4
5
6
ЯНЫШ ЯЛКАЙН
КРУГ
РОМАН
Перевод с марийского Вл. МУРАВЬЕВА
Общественная редколлегия:
ПЕРВАЯ ЧАСТЬ
Амина — круглолицая, стройная и крепкая, как зрелая рожь, девушка — вышла со двора на улицу.
Небо-горело алым заревом заката. В неподвижном, словно изнемогшем от усталости воздухе далеко по деревне разносились все звуки: вот заскрипела телега — видать, кто-то припозднился на поле и теперь торопится домой; вот брякнули пустые ведра — кто-то пошел по воду; вот где-то на задах, за сараем, залаяли собаки; в низинке, на лупу, заржала лошадь…
Быстро бледнела и угасала заря, и на противоположной стороне темнеющего неба поднималась похожая на медную пуговицу яркая луна.
Амина шла по улице, направляясь в конец деревни, где обычно собиралась по вечерам на гулянье деревенская молодежь. А все ее мысли — об Эмане. Да и что тут скажешь, всем взял Эман: и гармонист, и плясун, и песни петь мастер, и на язык востер. Как такого парня не полюбить?
Гулянье в разгаре. Рассевшись на бревнах возле недостроенной избы, парни и девушки смеются, громко перекликаются, раздаются переливы гармоники.
Амине в темноте не видно, кто играет, но она по звуку узнала гармонь Эмана. Второй такой гармони ни у кого нет не только в их деревне, но и в соседних. Она не похожа на все другие так же, как ее хозяин не похож на других парней деревни Кома.
Эту гармонь Ардаш привез Эману из далекого города.
Амина подошла поближе. Гармонь действительно Эманова, а играет на ней другой парень — по уличному прозвищу Кудряш. Но где же сам Эман? И спросить нельзя — засмеют…
— Присаживайся, Амина! Что стоишь как бедная родня?
Амина села на бревно рядом с подругами. Играли в «колечко».
Кто-то из парней предложил:
— Давайте поборемся. Кто на меня?
— Я! — отсевался Кудряш, лениво перебиравший лады гармони, кинул гармонь на колени сидевшей рядом с ним девушки и вышел на середину круга.
Гармонь, издав жалобный звук, затихла.
Амине гармонь показалась живой, она от души пожалела ее и мысленно упрекнула гармониста в бессердечии. Ей хотелось взять гармонь к себе, но она не решилась.
Но тут девушка, державшая гармонь, сказала:
— Почему я одна должна ее держать? Подержите и вы! — и она бросила гармонь на колени другой девушке, та перекинула ее сидевшему рядом с ней парню.
Амина не выдержала:
— Разобьете, черти!
— Ха-ха-ха, дайте и мне, я тоже подержу! — парни нарочно стали перекидывать гармонь друг другу, и каждый раз гармошка жалобно взвизгивала.
Амина раскраснелась, чувствует, вот-вот брызнут слезы, хорошо, в темноте не видно.
И вдруг гармошку бросили ей.
— Кидай сюда! Кидай мне! — раздалось несколько голосов.
— Хватит! — решительно сказала Амина. — Наигрались. Вон, уже один наугольник оторвали.
Амина прижала гармонь к себе и, рассматривая ее блестящие наугольники, думала: «Где же все-таки Эман? Неужели он один ушел на свадьбу? Может быть, у него в той деревне тоже есть девушка?»
— Амина, ты не играешь? — парень с кольцом, видя что она кивнула, прошел дальше.
Тут на место вернулся Кудряш.
— Дай-ка, еще сыграю, — потянулся он к гармони.
— На, только ты поосторожней, — отдавая гармонь, предупредила Амина. — Вон с верхнего угла один наугольник уже оторвали.
— Кто оторвал?
С другого конца послышался писклявый голос.
— Хи-хи, кто же, кроме тебя? Ты же играл!
— Вот погоди, Эман даст тебе за это по башке, — добавил другой.
Кудряш не обижается.
— Возьми наугольник, — сказал он Амине. — А то потерею. Ну, что сыграть? Э-эх, играй, гармонь — малиновы меха!
Амина спрятала наугольник за пазуху. Слушая игру Кудряша, она тихонько насвистывала грустный мотив, продолжая думать об Эмане. Грустно и на сердце у Амины.
— Все уже собрались, пойдемте! — вдруг оказала одна из девушек.
Несколько голосов подхватили:
— Верно, свадьба нас не станет ждать, пошли!
Сегодня в соседней деревне Луй играли свадьбу, поэтому парни и девушки из Комы заранее уговорились пойти посмотреть.
— Гармонист, что расселся, как корова, пойдем!
— Будете обзывать, с места не тронусь!
— Прикажешь кланяться тебе?
— Взял у Эмана гармошку и думаешь, сразу гармонистом стал!
— Отстаньте, никуда я не пойду.
— Умолять тебя что ли, нашелся барин какой.
— Ладно бы, играть умел как следует! А то ведь — еле-еле, а нос задирает!
— Пойдешь или нет — твое дело, а гармошку давай сюда.
— Не дам!
— Почему?
— Оман никому не велел отдавать.
