В руки к художнику попадает древняя картина, требующая восстановления. Только ему видна её истинная, первоначальная красота, которую он надеется вернуть. Однако со временем, художник понимает, что картина не просто выбрала его как своего реставратора но и начала влиять как и на его жизнь, так и на жизнь его близких.
Annotation
В руки к художнику попадает древняя картина, требующая восстановления. Только ему видна её истинная, первоначальная красота, которую он надеется вернуть. Однако со временем, художник понимает, что картина не просто выбрала его как своего реставратора но и начала влиять как и на его жизнь, так и на жизнь его близких.
Леви. Е.
Глава 1 ==========
Глава 2 ==========
Глава 3 ==========
Глава 4 ==========
Глава 5 ==========
Глава 6 ==========
Глава 7 ==========
Глава 8 ==========
Глава 9 ==========
Леви. Е.
Круг Вечности: Реставратор
Пролог
Я - художник. Я вижу красоту. Я восхваляю её, раскрываю, созерцаю и передаю, позволяя созерцать её другим.
Я не знал, что все имеет свою цену, тем более красота. Особенно красота. Я не догадывался, какую цену я заплачу за обуглившийся кусок деревянной доски, который осенним днем при мне назвали картиной на том блошином рынке.
Я лениво взглянул на нее, не ожидая увидеть что-либо интересное, но мой взгляд зацепился за изображенное лицо, живой взгляд и такие мягкие цвета.... В тот же миг остальной мусор, вынесенный на продажу, и названный антиквариатом перестал меня интересовать.
Сказать, что она была прекрасна - это банально. Скорее, она была идеальной, слишком идеальной для реальной женщины, и я в тот же миг уверился в том, что художник скорее представил эти черты, чем рисовал их с натуры. Но результат, в любом случае, был весьма впечатляющим: красивая девица глядя на зрителя недобрым и одновременно призывным взглядом расположилась на светлых простынях, не стыдясь аккуратных полушарий груди, но прикрыв живот и все что ниже. Идеально проставленный и прорисованный свет ближайшей свечи давал блик, на её лицо, делая его и так острые черты еще более отточенными, а взгляд еще более жестким. Тот самый идеал между эротикой и порнографией, между агрессивной недоступностью и призывом к действию. Возможно, эта картина была бы шедевром, если бы не продавалась в столь гиблом месте.
И да - если бы не была изуродована. Я уже говорил, что она обуглена?
Так вот - она была еще и изуродована временем.
Беспощадная к искусству и женской красоте гарь, покрывшая добрую половину холста, портила её светлую кожу. Из-за непонятной мне тогда деформации её лицо казалось искаженным. Оно было явно злее, чем задумывалось, а выражение его было даже пугающим. Дополняло изъян на холсте небольшое отверстие аккурат в левом глазу.
Я художник - я вижу красоту. Даже скрытую от глаз других.
- Не представляешь: под землей нашел, - устав ждать от меня какого-либо ответа запел явно привычную песню продавец, потирая руки от осеннего холода. Это был пожилой мужчина. Над его усталым взглядом возраст уже взял верх, но широкие седые усы топорщились над верхней губой и явно были гордостью владельца.
- Как? - без интереса поинтересовался я.
- Картошку копал и нашел. Еще хорошо, что лопатой по ней не попал, а только по раме. Но она была совсем никакая. Заменить пришлось, чтоб хоть какой-то товарный вид придать, - сварливо бормотал старик.
- Может, в музей бы отнесли, вдруг что-то ценное?
- Да какая там ценность и что мне музей даст? Мне бы просто деньжат хоть, сколько за неё и все - пожал он плечами.
Я кивнул.
- Тысчонка есть? - устав от недосказанности спросил он деловито.
- Последняя, - сказал я с сожалением. Действительно последняя.
- Тогда пятьсот давай, - махнул рукой мужик и нетерпеливо поднял картину.
- Дед, найдешь еще покупателя, - начал я. - Дадут и тысячу и две.
- Это вряд ли. Ты первый кто на неё хоть взглянул. Люди видят же, что не доделана... А её если отреставрировать, отнести кому надо - конфетка будет. Но это дорого, сам понимаешь. Тогда хоть в музей, хоть куда. А мне она ни к чему. И жена бубнит, не нравится она ей. Ты уж возьми хоть за пятьсот.
Я сунул руку в карман и вытащил смятые купюры. Тратиться уж больно не хотелось, но в голове щелкнул противный выключатель, и мне показалось, будто бы если я не возьму её сейчас то, еще несколько недель буду чувствовать себя нищим ничтожеством, который не может позволить себе даже маленький каприз.
"А с ней будет, чем занять себя в свободное время" - думал я. Если аккуратно снять верхний слой краски, подчистить, подправить, подрисовать...
- Ладно, беру.
==========
Глава 1 ==========
Работы оказалось больше, чем я думал. Картина словно закапризничала, как истинная женщина, после того, как ей было уделено внимание. Более я не видел в ней красоты, хоть и помню то навязчивое ощущение, чувство абсолютного идеала, который увидел в ней поначалу.
Я освободил её от чужой рамы, расположил на мольберте в центре мастерской - самой маленькой комнаты полуподвальной квартирки, что снимали мы с Верой. Подступаясь к картине со всех сторон, я пытался найти тот самый ракурс, в котором я увидел её истинный облик. Но передо мной была только девица с кривым лицом, вымазанная сажей. Я с сожалением отметил, что в некоторых фрагментах краска и вовсе потерялась, а значит, придется едва ли заново дорисовывать.
