«Нет, лучше не наживать себе и Кристофу проблем. Сегодня поговорю с мальчишкой, а завтра доставлю его в Лондон и дело с концом» – со смесью злости и презрения к себе решил он. Но хот мыслей продолжился сам собой.
А что если здесь уже ничем не поможешь, что если он уже не остановиться? Быть может прямо сейчас, этот Павел уже упивается своим могуществом? Он вкусил свои новые силы и теперь от них ни за что не откажется.
Денис Александрович с тревогой обрисовал себе эту картину: мальчишка с бессовестной самодовольной ухмылкой и зверским огоньком в глазах лежит на кровати, заложив руки под голову, и плюёт в потолок, решая с кем, он поквитается следующим. Почему-то этот образ сделался максимально реалистичным. Если «тёмная половина» мальчика уже влияет на него, то тут ничего не поделаешь, следовательно, это дело уже решённое.
Добрался до больницы. При виде входных дверей и двух курящих на крыльце медсестёр нутро его задрожало от волнения. Зашёл внутрь, решительно пересёк вестибюль. Безрезультатно прождав лифт около пяти минут, он в итоге махнул рукой и направился к лестнице. Поднялся на четвёртый этаж уже с обидой в душе, что ещё больше усилило в нём недобрые чувства.
Зашёл в больничное отделение, подошёл к медсестре на посту, заговорил с ней. Выслушав его, молодая худощавая медсестра жестом позвала идти за ней. Её явно заинтриговало его появление.
– А вы ему родственник? – детским голоском спросила она.
– Нет, я соцработник, – холодно отозвался чародей.
– А-а, понятно, – женщина разочаровано поморщилась. – Бедный мальчик. Удивительно, конечно, что он так быстро выздоровел. Нам сказали, что его травма, оттого что его головой били, это правда? А кто его бил?
Он смолчал. К его удивлению у него не нашлось и капли сочувствия к этому мальчишке – его жертвы ещё не скоро оправятся, если вообще выживут.
– Вот, – едва слышно сказала медсестра, указав рукой на приоткрытую дверь палаты. Она бесцеремонно встала напротив двери и с любопытством украдкой заглянула в палату через тонкий просвет. Пара секунд и она с довольным видом отошла в сторону, уступив ему место.
Она явно не собирается уходить, только и ждёт когда он зайдёт внутрь, чтобы подслушать их разговор. Теперь уже не только маленький ведьмак, но и вся эта больница вызывает в нём жгучее отвращение. Он укоризненно посмотрел на медсестру, затем сделал шаг вперёд, ткнул ладонью в дверь, бросил сердитый взгляд в палату.
За долю секунды он разглядел одинокую маленькую фигуру на кровати и тут же ошеломлённо замер как громом поражённый. Дверь от прикосновенья лишь слегка приоткрылась, не издав ни звука – ребёнок этого не заметил.
Сбитый с толку чародей, раскрыл рот в удивлении. Злость обида и неприязнь улетучились. Все недавние мысли словно сжались в комок и откатились подальше.
– Это он? – с недоумением выдохнул чародей, изумлённо глянув на медсестру.
– Да, он самый, – живо отозвалась девушка.
Удивлённые глаза чародея стали внимательно осматривать мальчика. Несчастный, потерянный, затравленный ребёнок, боязливо ссутулившись, сидит на кровати в пустой комнате.
«Вот этот малыш – тёмный маг?» – удивился чародей.
За всю свою жизнь ничего более жалостливо он ещё не видел. Не таким он себе представлял этого Павла. Нет в этом мальчике ничего похожего на тот образ, что он так старательно вырисовывал в своей голове.
Это несчастное затюканное создание. Он дрожит, весь сжался, того и гляди заплачет. Ладони мальчика стиснуты вместе, словно в молитвенном жесте. Лицо несчастное, круглые глаза полны страха и смотрят в противоположную стену, ничего не видя перед собой. Он словно запуганный мышонок в лапах у голодной кошки.
Сердце Дениса Александровича стиснуло от жалости и стыда.
«Какой же он монстр? Это всего лишь до смерти напуганный ребёнок» – подумал чародей.
За считанные секунд в нём проснулись самые нежные чувства к этому малышу.
– Он так с утра до ночи сидит, – поведала медсестра. – Только это и делает. Рта не раскрывает и из палаты почти не выходит – боится всех.
– Постойте, ему же на вид лет шесть-семь, ну ни как не девять, – засомневался чародей.
– Он физически отстаёт в развитии. Недоразвитый, – поморщилась медсестра, чуть повысив голос.
Мальчик услышал их, тут же вздрогнул, повернулся, растерянно посмотрел на приоткрытую дверь, но не смог разглядеть их в темноте коридора.
Денис Александрович так и застыл на месте, не решаясь зайти в палату. Он вдруг забыл, зачем пришёл, в голове настоящая путаница.
– Вы будете заходить? – с фальшивой деликатностью поинтересовалась любопытная медсестра.
– Да, – растерянно пробормотал он.
Тут медсестру окликнули. Та обернулась, быстро ответила, затем вновь посмотрела на него. Помедлив секунду, она разочарованно вздохнула и с большой неохотой оставила его, уйдя по делам.
Он проводил её взглядом, затем ещё раз посмотрел на мальчика и не почувствовав в том никакого зла испытал большое облегчение – прямо гора с плеч.
Впервые за эти дни он улыбнулся во всё лицо и с этой улыбкой уверенно вошёл в палату, закрыв за собой дверь.
Глава
II
. Соломон
