— А у нас тут птички поют.
— Ой как мило! А что поют?
— Судя по погоде Рамштайн.
— Бросал хлеб лебедям. Сорвал балет.
Из полицейского протокола.
Окичоби. Тепло мать ее Флориду! Рождественская ночь а на термометре плюс семьдесят по Фаренгейту. 22 по Цельсию!! Красотень! Вот мы и погреемся с недельку на частном пляже Коксов.
Народ выгружается из самолета и тут же начинает раздеваться. Девушкам пришлось искать отдельное помещение но дежурный по базе любезно вопрос решил. Заодно раздали более тридцати автографов. Наконец, девицы привели себя в порядок и на автобусах выделенном опять же дежурным мы поехали на адрес.
Пять часов утра. Райончик явно бедный и скорее всего криминальный. В многоэтажном доме кое где горят окна но в основном утомленный возлияниями народ уже спит. Звоним в общую для всех дверь подъезда.
Пять минут ожидания, кашель и шарканье ног и наконец хриплый голос женщины.
— Кого там черти принесли⁈
— Ой мама!! Это Джули! Как хорошо что ты на работе!
Матушка Джули работала в этом же доме. Сутки через трое она сидела в будке консьержа. В ее обязанности входил контроль за людьми и поддержание чистоты в подъезде и лифте. За это она платила за свою комнату половинную оплату и конечно у нее была еще одна работа.
— Джули? Вот это новость!
Загромыхал засов и в тусклом свете засиженной мухами лампочки мы увидели умученную жизнью женщину неопределенных лет. Женщина проморгалась и привыкнув к темноте уставилась на нас всех как на привидение.
— Мать мою⁈
И долгая пауза. За время паузы глаза женщины расширились до лба и она почему то пискнула. Хрипло пискнула. Такой голос захочешь и никогда ни на какой аппаратуре не создашь.
— Иии!
И тут она ткнула пальцем в нашу группу.
— Foxy milk!! Боже!!
Растягиваю самую приветливую и ослепительную улыбку.
— Миссис Бэнкс? И вы — матушка Джули?
Дама с расширенными глазами закивала головой так что как бы не отлетела с шеи.
Выталкиваю Джули вперед.
— Мисс Бенкс мы в гости на рождество. Нас Джули пригласила и я не смог отказать в столь незначительной просьбе своей сотруднице.
Женщина начала приходить в себя и протянув руки захватала Джули. Давай ее крутить, смотреть, прижимать и сорвалась в слезы.
Ну что? Бедненько, тесненько но чистенько. Одна комната, кухня и даже маленький балкончик имеется. В комнате три кровати и монстроузный шкаф которым был выгорожен уголок для матери. На двух койках спали младшие братья Джули. Матушка суетилась и мало что понимала. Ну да. Она нас пригласила к себе. Куда? Десять человек в маленькую комнатушку? Джули тоже сопельки и слезки распустила. Мда уж. Пришлось брать руководство в свои руки.
Махаю рукой.
— Так. Тут спят. Быстро все вышли на лестничную площадку…
Начинаю подталкивать народ и наконец мы освободили крошечную прихожую и коридор с маленькой кухней.
— Делаем так. Оставляем подарки на столе, едем в гостиницу благо бронью озаботились. Поздним утром забираем мисс Бэнкс, братьев Джули и празднуем рождество второй раз.
Тетушка Хлоя одобрительно меня поддержала.
— Малыш прав. Мы просто не влезем и будить детей не стоит. Нас много. Едем в гостиницу.
Джули конечно осталась дома а мы спустились вниз и по телефону вызвали семнадцать машин местного такси. Не забывайте, у меня, с собой камеры, операторы, звуковики и самое главное химики с проявочными машинами и химикатами. У всех тяжелое и громоздкое оборудование. Вот так и ездим. Даже в гости, хех.
В Окичоби приличных гостиниц нет даже в двадцать первом веке. Про пятидесятые годы вообще молчим. Основной источник дохода для всего городишки это огромная авиабаза. Но у авиаторов все свое и все блага только для своих и за высоким забором с автоматчиками на вышках. Да, да. База охраняется серьезно и даже в рождественскую ночь на вышках стоят караульные. Но я и нейросеть раскопали информацию и сейчас мы едем в курортный пансион в оригинальным названием «Курорт Захарии Тайлор у береговой линии». Писец да? Но для США вставить в название некую рекламную строку это норма. И да. Мистер Тайлер не обманул, пансион находился прямо на береговой линии пресного озера Окичоби.
