под США и получаем…? Ага. ГРАБЛИ в лоб. И так шесть раз за двадцатый век. Весь двадцатый век страна ложилась под пиндосов и все заканчивалось хунтой потом все у пиндосов отбирали и опять хунта. Да и в двадцать первом было то же самое. Но Эвиту в Аргентине боготворят. Еще бы⁈ Она за десять лет — лично сама и своими руками раздала денег на десятки миллионов долларов. Наличкой — на улицах и площадях. Чистейший популизм, но народ а особенно женщины, ее боготворят.
И опять мне крупно повезло. Все началось с того что мы и местное население друг друга не понимали. Даже наша пятерка техасских рейнджеров не могла понять искаженный до неузнаваемости испанский язык. А ведь мужики свободно общались с мексиканцами. Нейросеть тут же дала справку.
— Этот язык это помесь испанского и итальянского. В Аргентине его называют коколиче или итало-испанский пиджин. Видишь же сам, ваш немец их тоже не понимает. А он родился и вырос в Аргентине. Но вырос он в столице а там говорят на риоплатском диалекте.
— О мля? И че делать?
— Посылать гонца за хозяйкой. Другого выхода я не вижу.
— А падре в этой деревне есть?
— По данным из сети пока священника нет. Умер святой отец и все ждут назначения нового священника.
— Писец. Ладно я понял. Надо засылать гонца.
ВОТ. Ключевой момент моего очередного везения. Хозяйка прибыла примерно через полтора часа и наконец то дело сдвинулось с мертвой точки. Работу получили только те кого отобрала нейросеть и разумеется я получил от хозяйки втык. Она утянула меня подальше и сжав губы в тонкую линию высказалась.
— Мистер Норг. Вы отобрали лучших работников! А у меня в самом разгаре работа на виноградниках. Сорок пять пар рук которых вы забрали в самый горячий сезон. Вот скажите, зачем вам мужчины? Через десять дней вы уедете а у меня виноград не обработанный и удобрения не внесены. Зачем вам мужчины?
Киваю и приглашаю хозяйку в наш штаб. КШМ это машина управления и разумеется там есть стол и стулья.
Бренда Ачикар видимо прибыла с полей и одежда на ней была рабочая. Штаны по крайней мере были. Она свободно взлетела по крутой лестнице в кунг и войдя в него замерла. Ну так то внушает, ага. Стойки с оборудованием, горят десятки лампочек, есть большой планшет на котором прямо сейчас висит подробная карта местности со стрелками, и конечно дежурный связист с наушниками.
— Как интересно!
Улыбаюсь.
— Ничего такого леди. Обычная машина управления уровня роты или батальона. Скажем проще, это передвижной штаб.
Киваю связисту который снял наушники и встал.
— Доброго утра, Боб. Что в эфире?
— Все спокойно сэр.
— Отлично. Дай нам минут двадцать, мы приватно побеседуем.
— Конечно сэр.
Остались вдвоем.
— Присаживайтесь миссис Ачикар. Я вас ненадолго задержу.
Леди уселась на стул и с интересом начала меня рассматривать. Достаю из портфеля папку.
— Леди. Это выписки из вашего банка. Последние три года ваш долг неумолимо растет и уже достиг критической величины в тридцать шесть тысяч долларов.
Видя как Бренда набирает воздух для возмущения я поднял руку.
— Миссис Ачикар. Подождите и дайте мне закончить а потом вы примите решение.
— Я не буду продавать землю!
— Хорошо. Допустим так и случится. Дальше что? Через три года банкротство и вы окажетесь на улице.
— Этого не будет! Эстансия работает и мы продаем не менее ста сорока тонн вина в год.
— Хорошо. Лично для вас последние новости из Вашингтона. Президент Эйзенхауэр в очередной раз заблокировал пакет помощи для фермеров и ранчейро. Это произошло буквально позавчера на последней перед рождеством сессии сената. Буквально он сказал так, я приведу цитату.
— «Государство должно делать только то, что сами граждане не могут делать наилучшим образом». Вы понимаете последствия лично для вас и вашего бизнеса?
У дамы удивленные глаза приподняли брови.
— При чем тут ранчо в США и моя эстансия?
— А все просто леди. Кризис перепроизводства в сельском хозяйстве продолжается и его никто не собирается купировать. Снижение продаж вина? Нет? Вас это не беспокоит? Вам назвать цифры за последние три года? Вы провалились на тридцать семь процентов. Падение по двенадцать процентов в год. И никто в мире не собирается спасать производителей в сельском хозяйстве.
— Шит!
Мадам нервно покопалась в кармане и вытянула пачку сигарет. Участливо подношу зажигалку и пододвигаю пепельницу. Кстати! Там окурки! Личному составу втык и дыня размером с небоскреб.
Миссис нервно докурила и жестко спросила.
— Ваше предложение?
— Продать землю.
— Цена?
— Назовите сами.
— А если я назову миллион? Долларов разумеется.
Улыбаюсь но молчу. Нервно передернув плечиками леди почти сдалась.
— Ну хорошо. Двести тысяч долларов и ни центом меньше.
— Согласен. И что бы закрепить нашу сделку я даю слово закрыть ваш кредит в банке. К основой сумме это никак не относится. Это мой жест доброй воли и показатель честности намерений.
