«Неужели Геннадий сказал, что я здесь?» — промелькнуло вдруг, но девушка подошла к посту «Комсомольского прожектора», состоящего из двух — красной и черной — квадратных досок с надписью «хорошо» и «плохо», развернула рулончик и на красной доске прикнопила «молнию»: «Привет коллективу Уралстальконструкции, занявшему сегодня 1-е место!» Потом легкой походкой удалилась.
Недогонов вышел из-за спины рабочего, тот стоял с непонятным аппаратом на груди и передвигал рычажки, глядя не на аппарат, а в облако пыли, на трактор.
До слез обидно стало парню, что никому не нужен здесь. И эта девчонка — такая знакомая, даже больше, чем просто знакомая! — шла, оказывается, по своим делам, а не увидеть его. Выходит, мартен прекрасно обходится без него. А сталевар Геннадий Рогов варит сталь на двухванной печи, которую он, Недогонов, до этого и в глаза не видел. Сейчас даже трактористу позавидовал, хотя тот, видать, совсем изжарился. Трактор вон уж свесил гусеницы над рабочей площадкой и остановился, рокоча мотором.
— Упарился тракторист, должно быть, — заметил Недогонов.
— С чего бы это я упарился?! — отозвался рабочий с аппаратом на груди. — Я, кстати, теперь не тракторист, а оператор радиоуправляемого трактора…
Недогонов покашлял, сказать было нечего. Лишь подумал: «Как же это я умудрился почти что целый год такого валять дурака?!»
<p><emphasis><strong>Александр Лаптев,</strong></emphasis></p><p><emphasis>учитель</emphasis></p><p><strong>СТИХИ</strong></p><p><emphasis><strong>РУЧЬЕВУ</strong></emphasis></p>…Какая мудростьв тихой думе домен,скрестивших руки-трубына груди.Какая радостьв каждом новом доме!Гляди, поэт!Ты так хотел… Гляди!Ты песней стал,на подвиги зовущей.Вошел огнем душив рабочий строй.И вечно будешь с темив самой гуще,кто начинаетсвойМагнитострой.<p><emphasis><strong>ГОРНАЯ ДОРОГА</strong></emphasis></p>Закружит ущельеи спуск с Уралтау.Тут столько извилин,что мозг устает.То травы, как лес,То леса, будто травы.И нервы пружинят,и голос сдает.То яма на яме,то просеки узки,то камни, то бревна,то бездны воды.Здесь «Волги» как будтоползут по-пластунски,боясь в колеераспороть животы.Одни лесовозыЗдесь боги и черти.Бердяуш, Алатау —им все нипочем.Бугры, перелескииспашут-исчертят,но вылезут, выползут,выжмут плечом.<p><emphasis><strong>ПАМЯТНИК</strong></emphasis></p>Навек его принялистепи и горыназло кулачью,притаившему рев.Стоит в Исянгуловевольно и гордопоэт-зоотехникСергей Чекмарев.И в бронзе, и в славе…Хоть песнь не допета:подрублен,как в цвете и росте сирень!Он жизньюпоэму сложил о поэте.И только конец еев речке Сурень.<p><emphasis><strong>Людмила Назимова,</strong></emphasis></p><p><emphasis>инженер</emphasis></p><p><strong>СТИХОТВОРЕНИЕ</strong></p>Мне тишина не кажется немою,Не умер в ней, а затаился звук.Вот он уже отпущен тетивоюУральских склонов и речных излук.Мне тишина не кажется немою.Прислушайся! Ведь в ней слышны слова,Не сказанные ни тобой, ни мною,А лишь душой рожденные едва.Я верю, тишине не быть немою,Покуда дышит и живет земля,И лось спешит тропинкой к водопою,И колосятся знойные поля.<p><emphasis><strong>Владимир Чурилин,</strong></emphasis></p><p><emphasis>военнослужащий</emphasis></p><p><strong>ПУРГА</strong></p><p><emphasis><strong>Стихотворение</strong></emphasis></p>
