— Как долго это продолжалось между вами?
— Это моя вина, Марк, — воскликнул Персис, — целиком моя, — слезы текли по ее щекам.
— Нет, моя милая, — сказал Флэндри, это полностью моя идея. Должен сказать, мой лорд, что вы поступили не лучшим образом, приехав без предупреждения. Что теперь?
— Теперь вы под моим арестом, щенок. Оденьтесь. Идите к себе в комнату и оставайтесь там.
Флэндри с трудом повиновался. Казалось, все шло гладко, выше всяких ожиданий. Значительно выше! Хоксберг не был разъярен, казалось, он был рассеян, голос его оставался спокойным.
Персис направилась к нему.
— Я тебе все расскажу, Марк, это я виновата, — плакала она. — Отпусти его. Делай со мной, что хочешь, только не с ним!
Хоксберг оттолкнул ее.
— Хватит болтать, — оборвал он, — ты думаешь, меня хоть сколько-то интересуют твои грешки, когда такое творится?
— Что случилось? — резко спросил Флэндри.
Хоксберг обернулся и долго, целую минуту, осматривал его с головы до ног.
— Удивительно, если вы действительно не знаете, — сказал он наконец.
— Очень удивительно.
— Мой лорд, но я действительно не знаю, — в голове у Флэндри зашумело. Что-то было не так.
— Как только известие дошло до Дангодхана, мы, естественно, сейчас же прилетели обратно, — сказал Хоксберг. — В данный момент они по моему приказу за Абрамсом. Но вы — какова здесь ваша роль?
Я должен выбраться отсюда, агент Абрамса должен иметь возможность связаться со мной".
— Я ничего не знаю, мой лорд. Я пойду к себе.
— Стоп!
Персис сидела на кровати, закрыв лицо руками, и тихонько всхлипывала.
— Оставайтесь здесь, — сказал Хоксберг, доставая бластер. — Ни шагу отсюда, ясно? — Он направился в другую комнату, держа Флэндри в поле зрения, и подошел к видеофону. — Хм. Отключено? — он щелкнул выключателем.
— Лорда Оливейру.
Нависло тяжелое молчание, пока сигналы летали по многочисленным выходам сканеров. Экран мигнул, и появился посол.
— Хоксберг! Какого дьявола?
— Только что вернулся, — ответил виконт. — Мы узнали о покушении на картотеку премьера Брехдана. Покушение, похоже, было успешным. Агенту удалось скрыться. Премьер обвинил меня в причастности. Мысль слишком тривиальная. Кто-то хочет сорвать мою миссию.
— Я… — Оливейра собрался с мыслями. — Не обязательно. Земля не единственная соперница Мерсеи.
— Я говорил то же самое. А сейчас приготовьтесь действовать и составьте подробный отчет, когда получите официальную ноту. Нам надо продемонстрировать добрые намерения. Я уполномочил мерсеян арестовать командующего Абрамса. Его доставят сюда. Заключите его под страху!
— Лорд Хоксберг! Он Имперский офицер и аккредитован в дипломатический корпус!
— Он будет задержан землянами. На основании полномочий, данных мне Его Величеством, я беру командование на себя. Никаких разговоров в кулуарах, если вы не хотите, чтобы вас освободили от занимаемой должности.
Оливейра побледнел, но поклонился.
— Очень хорошо, мой лорд. Я должен запросить разрешение на это по установленной форме.
— Вы получите его, как только мне представится случай. Следующий — этот молодой парень Флэндри, ассистент Абрамса. Так получилось, что он тут у меня под рукой. Я думаю пока сам допросить его. Но приготовьте пару человек сопровождать его под арест, когда я скажу. А вы тем временем поднимите свой штат, начинайте составлять планы, объяснения и отводы и будьте готовы к визиту из иностранного отдела Брехдана.
Хоксберг повесил трубку.
— Достаточно, — сказал он. — Вы, пойдемте выйдем и поговорим.
Флэндри двинулся. Ночной кошмар висел над ним. В глубине его сознания мелькнула мысль: "Абрамс был прав: не хотелось бы делать драму из этого; что с ним случится? Со мной? С Персис? С землей?"
— Садитесь, — Хоксберг указал бластером на кресло и тотчас направил ствол опять на Флэндри. Свободной рукой он достал из кармана плоскую коробочку. Похоже было, что он слегка расслабился. Может, начал получать удовольствие от неожиданной сцены?
Флэндри опустился в кресло. "У него психологическое преимущество, он смотрит сверху, да, мы сильно недооценивали его светлость".
Персис стояла в проходе, обхватив себя руками, глотая слезы. Глаза ее покраснели.
Хоксберг открыл щелчком коробочку — Флэндри подсознательно заметил, как гравированное серебро блеснуло флюоресцентным светом, — и вставил меж зубов сигару.
— Какая у вас роль в этом представлении? — спросил он.
— Никакая, мой лорд, — произнес, заикаясь, Флэндри. — Я не знаю. Я имею в виду, если… если бы я имел к этому отношение, разве был бы я здесь сегодня ночью?
— Возможно, — Хоксберг спрятал портсигар и извлек зажигалку. Он перевел взгляд на Персис. — А ты что скажешь, любовь моя?
— Я ничего не знаю, — прошептала она. — И он тоже. Клянусь тебе.
— Склонен поверить тебе, — зажигалка скрипнула и испустила пламя. — Хотя в данном случае тебя довольно-таки цинично использовали.
— Нет, он бы не сделал этого!
— Хм, — Хоксберг бросил зажигалку на стол и выпустил дым через ноздри. — Вполне возможно, что вас обоих оставили в дураках. Мы узнаем это, когда прозондируем Абрамса.
— Вы не можете так поступит! — вскричал Флэндри. — Он офицер.
