Склеп для перехода я нашел самым последним, так как он был в подвальном помещении. Дверь в комнату с рунами на полу была плотно закрыта, и там царила полная темнота. Я только заглянул и закрыл, как и было. А потом снова поднялся по лестнице на первый этаж и принялся ждать. Наступала самая ответственная часть работы, ибо никто не знал, когда товарищ генерал задумает посетить свой склеп. И не факт, что он вообще пойдет именно сюда. Наверняка у него есть запасные варианты. Но мне осталось только ждать, и по возможности, не заснуть. С собой было несколько таблеток от сна, но я рассчитывал, что до этого не дойдет. Сон это то, что необходимо всем живым существам, а вампирам он необходим вдвойне.
Я уже четыре часа сидел в зале на диване этого загородного особняка и ждал генерала. Передумал уже кучу вариантов развития событий в голове, когда услышал шорох открывающейся двери. Наконец то! Я осторожно, стараясь не шуметь, поднял ружье в руках. Налобный фонарь я не включал, зачем? Как увижу силуэт, сразу стреляю. Прошло еще несколько томительных секунд, и что-то щелкнуло в подвале, а потом в доме включился свет. Это было очень неожиданно, что я чуть не упал с дивана. Конечно, плохая идея была, находиться в засаде сидя на диване. Он же скрипит при малейшем движении, но с другой стороны, вы попробуйте несколько часов постоять с оружием наизготовку.
Со стороны лестницы послышались приглушенные шаги, я осторожно положил палец на спуск, и…
И не выстрелил. Прямо на меня, хлопая глазами, в тусклом свете ламп на стенах, смотрела молодая девушка с короткими черными волосами и чуть раскосыми глазами. Худощавая, в черной короткой курточке и юбке немного выше колена, в тапочках… В такую не выстрелишь. Я умом понимал, что она тоже вампир, что вместе с этим Тарашкиным, скорее всего, его пассия, но застыл в положении для стрельбы и не нажимал на спуск. Спустя еще мгновение она открыла рот и издала истошный крик, и слава богу, что я, наконец, очнулся от секундного оцепенения. До лестничного проема было буквально метров пять, я вскочил с дивана и в два прыжка оказался перед ней и ударом ноги в живот отправил орущую девушку на пол.
Да, бить женщин не красиво, но деваться некуда. Мой удар произвел должный эффект, дыхание у красавицы вампирши сбилось, она сложилась пополам и тихо отлетела в угол комнаты, не издав ни единого звука. И очень вовремя, потому что следом за ней я увидел поднимающегося по лестнице высокого человека в сером пиджаке и с зализанными назад волосами. Тот самый Андрей Николаевич из моего сна. Тот самый генерал Тарашкин, объект для ликвидации, указанный мне полковником Караваевым.
Тарашкин открыл было рот, увидев меня. Наверняка опять хотел толкнуть пламенную речь о том, что «мы с тобой одной крови», и «должны быть в одной команде», но слушать я не стал. Тишину этого уютного вампирского гнездышка нарушил громкий выстрел из ружья двенадцатого калибра.
Генерал — вампир, вытаращив глаза, смотрел на меня, застыв и чуть дернувшись. Я передернул помповое ружьё и выстрелил еще раз, тоже в грудь, потом и третий раз. Запахло пороховыми газами и смертью. Крови из груди, развороченной пулями, у генерал — вампира не текло, только костюм треснул дырами и сам хозяин костюма согнулся пополам, и рухнул на лестницу. Потом он схватился руками за ступеньки, поднял голову и посмотрел мне в глаза, словно хотел что-то сказать. Глаза генерала налились кровью, а тогда… Тогда они были веселые и бесстрашные. Что же, я внезапно вспомнил все…
Пять лет назад, Москва.
— Все, товарищи, начинаем работать. Разрешите всех вас представить друг другу. В связи с особой опасностью преступлений, совершенных организованной группой «Кащея», и большим общественным резонансом, принято решение о создании специальной следственной группы для раскрытия и полного расследования данных уголовных дел, — полковник Тарашкин обвел всех присутствующих строгим взглядом своих черных глаз, заглянул в папку на столе и продолжил, — от следственного комитета старший следователь по особо важным делам подполковник юстиции Карташов.
Сухощавый, среднего роста человек, неопределенного возраста в черном костюме и синем галстуке поднялся и чуть поклонился присутствующим. Его глаза ничего не выражали, лицо словно вырезано из камня, без каких либо эмоций. Светлые глаза холодно смотрели из-под редких бровей. Сразу было видно, что важняк много повидал за свою службу, и, не задумываясь, упечет за решетку любого, да хоть самого Таранова, если появиться повод.
— От шестой оперативно-розыскной части группа майора Караваева, — продолжил Тарашкин, и седой мужчина в годах чуть приподнялся со стула. Вместе с ним встали еще двое сотрудников, под стать своему руководителю, только моложе лет на десять, — так же наш отдел по борьбе с экстремизмом выделил трех сотрудников, — указал глазами Андрей Николаевич на сидящих в отдалении молодых людей.
