У меня начали закрадываться нехорошие предчувствия. Но возможно, что это лишь мои фантазии. А разговор плавно перешёл на делёж шкуры не убитого ещё мамонта - как кто распорядится наградой. Сто штук на дороге не валяются. Мне, например, чтобы сто тысяч заработать, надо почти стод мотаться по окрестным степям и лесам при условии хороших заказов.
-Я дом перестрою. - Отстрелялся первым Ермолин.
-На покой пора. Да и Любава...
Нико как-то скомкал объяснение, но Марика уцепилась:
-Чего - Любава? Признавайся, разводом пригрозила из-за твоих похождений?
-Э... Нет. Наоборот.
-Как это?
-Беременна она. - Вздохнул Нико.
-И ты отправился на задание, зная, что она ждёт ребёнка?!
-Да. Мы всё обсудили.
Марика вздохнула:
-А мне она про беременность не рассказала.
Я посмотрел на Ермолина свежим взглядом. Ведь он не старый. Припоминаю, что они с Сомовым примерно ровесники, а Лексу на земную мерку лет тридцать семь - сорок. Просто у Нико внешность такая обманчивая. Отрастил бороду окладистую, как у купеческого приказчика, только рубахи сатиновой не хватает, да сапогов "гармошкой". Ну решил человек перейти к более спокойной жизни - ну и что? Я его понимаю. Чем старше человек, тем больше и чаще он задумывается на тему "Что я оставлю после себя?". Это молодым на смерть идти легко, они не задумываются о будущем. Как там у Цоя? "Война - дело молодых. Лекарство против морщин." Истинно так. Вспоминаю свою "срочку " и понимаю, какими раздолбаями мы были! Нарушали всё, что можно и нельзя, жили одним днём. Однако везло нам. Недаром говорят, что Бог хранит дураков. Наверное для того, чтобы эти дураки повзрослев поняли цену жизни? Я не знаю.
-А ты сама на что потратишь?
-На что? Не знаю пока. Положу в банк под проценты.
Что-то мне подсказывало, что на задание товарищ Калинина отправилась вовсе не из-за награды.
-Фрам, какие планы? - Спросил Нико.
Он весь вечер разговор поддерживал, как заправский тамада, блин.
-Женюсь. - Буркнул я, чтоб отцепились.
На самом деле и сам тоже ещё не задумывался о том, на что потрачу награду. Может и вправду займусь отбором кандидатки на должность "жена Фрама Корбина". А может и нет. Не люблю загадывать на будущее. Чем радужнее планы, тем с большим садизмом они разрушаются. Но Ермолин уже переключился на Лекса. Тот не стал кочевряжиться , а как-то смущённо улыбнулся:
-Тут секрета нет. Оплачу школу для дочери.
О как! Сколько нового можно узнать за один вечер. Оказывается у Сомова ребёнок есть. Может он ещё и женатый? Калининой не позавидуешь однако. Хотя она его сравнительно давно знает, ей виднее. Разговор потихоньку затих. Я тоже бездумно смотрел в костёр. Навалилась какая-то апатия и делать или говорить ничего не хотелось. Все стали расходиться. Ушла и Калинина, не забыв позвать Фэ. Та ушла не без сожаления - я видел как она недовольно надула губки. Иди, иди, девчонка. Нечего тут с мужиками полуношничать, ещё нос недорос, хе-хе.
На следующий день мы перенесли лагерь на место поисков. Это был большой пустырь, окруженный со всех сторон редким молодым лесом. Пока Марика с Ермолиным налаживали сеть своих "сигналок", а Тим с Вэсилом оборудовали пост охраны на единственном большом дереве, мы с Лексом ходили по пустырю в поисках ориентиров. Фэ осталась кашеварить. Возможно она была и недовольна своей ролью, но её мнением никто не поинтересовался. Пусть где-то на Побережье она практически принцесса, но тут она простая девчонка, отрабатывающая свое содержание и защиту. Так-то. С полчаса мы бродили, пытаясь угадать то, не знаю - что. Хотели уже возвращаться, но меня ни с того, ни с сего заинтересовал поросший колючками бугор, на одном из склонов которого лежал большой камень. Я не поленился сходить до машины и принести лом и лопату.
-Чего?
Спросил Сомов, с любопытством наблюдая за тем, как я примериваюсь к камню ломом. Я только ответил не впопад:
-Ведь был же сарайчик...
Пока Лекс морщил лоб, я попытался остриём лома нащупать форму камня. Лом натыкался на твёрдое. Лопата помогла больше. Примерно на штык в глубину лезвие заскрябало обо что-то. И так по всему периметру камня. Я заработал лопатой и через минут двадцать вокруг камня открылась поверхность, похожая на ноздреватый бетон. Похоже, что бугор был искусственным. Я воткнул лом рядом с камнем, вытер ладонью лоб:
-Мы славно поработали и славно отдохнём!
-Чо?.
Ах да, здесь ведь Владимира Семёныча не слышали.
-Пообедать бы неплохо, а? Командир?