Инстинкт в соответствующей обстановке поражает удивительной к ней приспособленностью. Невольно подумаешь: «А не разум ли это?» Но измените условия и… инстинкт буквально «попадёт впросак».
Другая крайность — думать, что животные совсем не способны преодолеть инстинкт, если это требуется. Чем выше развитие, тем легче этого добиться, и наоборот. Но даже у высокоразвитых животных — млекопитающих часто бывает трудно добиться, чтобы животное действовало не так, как подсказывает инстинкт, а как этого требуют изменившиеся условия жизни.
Хищных птиц у нас не так уж мало по количеству видов, но каждый вид малочислен, а многие даже стоят на грани вымирания. До сих пор принято верить во вредоносность хищников: все будто бы охотятся за дичью, за домашней птицей. Значит стреляй в любого, кто попадётся. Палят. И совершенно напрасно. Например, самый крупный из совиных — филин при удаче и зайца словит, и от глухаря не откажется (особенно зимой), но основная его пища — мелкие грызуны и ежи.
Гнездостроители наши совиные никудышные. Филин просто землю притопчет в укромном месте, мать яйца на неё положит, и лежат на ней вылупившиеся белые пуховички-филинята. Правда, земля эта перемешана с кусочками истлевших костей. Филины из года в год, часто не один десяток лет, выводят птенцов на одном и том же месте и кормят тут же. Кормят филинят обильно. В майском лесу еда сама в рот просится. Но еда подчас не самая диетическая: филин охотно ест ежей, рвёт на куски и глотает, не обращая внимания на иголки. Такое же колючее блюдо часто получают и филинята. Зловещее «пу-гу, пу-гу» больше по ночам не раздаётся, филину петь некогда и незачем: подруга уже с ним рядом, вместе растят детей.
Филин нам оказывает неожиданную услугу. Там, где он поселился, разбойницам воронам не житьё. Вкусны они и не колются. И как же они его ненавидят! Заметят где днём — целой стаей накинутся. Он сидит и клювом щёлкает: перед стаей и взлететь не решается. Зато ночью сведёт счёты. Охотничьих и прочих птиц, а также зайцев филин ловит больше зимой, когда до грызунов под снегом добраться трудно.
О прочих совиных как о вредителях и говорить не приходится. Они полезны тем, что уничтожают грызунов. Например, ушастая сова и сытая ловит лесных мышей про запас «на чёрный день». Ни одна кошка с ней не сравнится. То же можно сказать и о других наших совах, а самые мелкие добавляют в своё меню и насекомых. Тут ещё раз вспомним нашего совиного великана — филина. Он не только не боится ежиных колючек, но при случае охотно глотает жуков-оленей вместе с их огромными «рогами».
По примеру филина и прочие совиные собственных гнёзд не строят. Кто как сумеет — в дупле устроится, а серая неясыть иногда в старом здании, а то и на чердаке птенцов выводить соберётся.
В Раифском заповеднике из совиных гнездятся филин, болотная и ушастая совы, серая и уральская неясыти и сычи.
Хищные птицы: орлы, ястреба, сокола у нас есть, и перелётные и постоянно живущие. В Московском государстве до Петра Великого соколиная охота славилась породами соколов на зависть западным государям, самые ценные — кречеты считались дорогим подарком при отправке дипломатических посольств. Во время татаро-монгольского ига кречетов посылали в счёт дани. И в каждый подарок, кроме дани, входили не только кречеты, но и сокола менее ценные. Ловцы кречетов на севере для Московского государства не должны были платить налоги, но всех кречетов обязательно поставляли царскому двору. Места гнездовий кречетов в Двинской земле считались «государевой заповедью», за самовольную ловлю полагалась суровая кара. Царь Алексей Михайлович, отец Петра Первого, сам написал устав о соколиной охоте. На каждую птицу царской охоты назначался отдельный сокольничий, он дрессировал её и во время охоты напускал на дичь.
Но появились дробовые ружья, и после Петра Первого дорогостоящая охота постепенно превратилась в редкое спортивное увлечение отдельных людей.
В настоящее время такая охота как промысел сохранилась у нас в Средней Азии. Охотятся киргизы и казахи, но не с соколами. На рукавице сидящего верхом охотника сидит самый мощный наш орёл — беркут.
Беркут и у нас птица не перелётная. Размножаются они очень медленно: в апреле самка садится на гнездо, в котором всего два, а то и одно яйцо. Гнездо под стать огромной птице — большое, до трёх метров в диаметре и двух метров высоты, на деревьях или на скалах. Самец мало помогает в насиживании, но самку усердно кормит. Месяца через полтора появляется птенец и сидит в гнезде почти три месяца. Родители его оба усердно кормят, пока тот не расправит крылья и не полетит. До следующей весны держится он с ними. Беркут — огромный тёмно-бурый орёл до одного метра ростом, пары постоянные, на всю жизнь. На свободе беркут охотится на птицу, на зайцев, может напасть и на косулёнка, но вредителем его считать нельзя уже потому, что везде он очень редок. Не брезгует он и мышами и сусликами, а при случае и от падали не откажется. Как это не похоже на царя лесов и степей!