Повернувшись к пастве, он хотел что-то сказать, но услышал, как люди переговариваются, кивая в сторону сантехника.
– Да… Та ещё скотина…
«Это точно, скотина», – подумал Верховный Жрец… И тут его осенило.
– Брат Антон, брат Виктор, – сказал он, – отнесите столик обратно. И принесите то кресло, которое стояло рядом.
– То, что в пятнах?
– Да.
– Коричневых таких, как ржавчина?
– Его, его! Да поживее! А вы, уважаемый работник, проходите, присаживайтесь. Сейчас обсудим, сколько нужно доплатить. Мы же с вами цивилизованные люди, не варвары, всё можем решить за беседой. Вон вам и креслице удобное несут. Мягкое такое, гостевое.
– Ну вот, другой разговор… – Сантехник самодовольно усмехнулся в усы.
– Конечно, конечно… Садитесь. Удобно?
– Да ничего, только ремешки мешают…
– Мешают? А мы их вот так аккуратненько пристегнём. И вот здесь тоже. И здесь. Как вам?
– Туговато чё-то… Рукой не шевельнуть…
– Это ничего, так и быть должно. Сестра Анна, подайте мне нож. Вон он, да вон же, в шкафу валяется.
В тот вечер все ушли домой в хорошем настроении. Больше всех довольны были Верховный Жрец и сестра Ольга с выжившим хомячком.
Сам хомячок, однако, своего спасения не осознавал и потому к произошедшему остался равнодушен. Даже жевать не перестал.