Оказалось, что это не так уж и трудно. Я покупал экономно в местном супермаркете. На университетском обменном пункте покупал книги в мягкой обложке по доллару за штуку. Я не высовывался. Снег продолжал идти. Я редко выходил из квартиры, время проводил с книгами и Национальным общественным радио, готовил дешевые блюда. Я вычистил наждачной бумагой все шкафы и полки на кухне, затем использовал оставшийся лак для пола, чтобы их подкрасить. Я убил два дня на очистку ванны и кухонной раковины от ржавчины. Я отполировал краны, удалил из духовки въевшийся жир, устлал шкафчики на кухне чистой бумагой, и старался не думать ни о чем, кроме этих домашних дел.
Девять долларов в день. В Нью-Йорке я тратил такие деньги на такси. Но мне нравилась дисциплина, которая была необходима при скромной жизни. Я получал удовольствие от ремонта квартиры. Было что-то благодатное в полировке дверных косяков, очистке половых досок, освобождении карниза от въевшейся краски, превращении занюханного места в нечто светлое, легкое, чистое. Это отвлекало ум, отгоняло надоедливых демонов. Хотя я иногда баловался с камерами Гари — мне безумно хотелось заглянуть в видоискатель, я старался избегать всего, что имело отношение к фотографии. Точно так же я использовал этот нескончаемый снег — и отсутствие денег — в качестве оправдания своего нежелания исследовать территорию вне Маунтин-Фолс. Или хотя бы зайти еще разок в «Горный перевал» за их гигантским завтраком. Я продолжал прятаться. Я выходил на каждодневную прогулку, когда смеркалось. Ходил за покупками в разные магазины, никогда не покупал продукты в одном и том же супермаркете дважды в неделю, в книжный заходил в разное время, чтобы за прилавком каждый раз был другой человек. Я пугался дружеских улыбок, невинных вопросов, случайного знакомства.
Второго февраля, когда на счету у меня оставалось всего $7.75, я сунул карточку Гари в банкомат на Главной улице и нажал на кнопку, запрашивая информацию о балансе. После длинной паузы на экране появилась цифра $6900.00. Чувство облегчения было всепоглощающим. На счет поступил квартальный перевод из трастового фонда. Я снова разбогател. Я снял $750 и отправился по магазинам.
«Камеры Петри» располагался через дорогу от мотеля «Холидей Инн». Я много раз проходил мимо этого магазина, но удерживался от искушения. До сегодняшнего дня.
— Как поживаете? — спросил мужчина за прилавком. Ему было под сорок — высокий, всклокоченные волосы, старушечьи очки и клетчатая рубашка лесоруба.
— Я хотел бы приобрести увеличитель, — сказал я. — Возможно, бывший в употреблении, если, конечно, вы торгуете подержанными вещами.
— Еще как торгуем, — сказал он. — Сколько готовы заплатить?
— Пятьсот максимум.
— Есть хорошее предложение: «Дарст АС707». Швейцарского производства, в идеальном состоянии, всего один владелец, запрашивает четыреста семьдесят пять.
— Какие линзы?
— Их две — пятьдесят и восемьдесят. Хотите взглянуть?
Я кивнул, и он исчез в подсобке. Четыреста семьдесят пять за увеличитель — наверняка рухлядь. Мой старина «Беселер 45мх» два года назад стоил мне $3750. Но теперь у меня не было возможности швыряться деньгами. Этой выплаты из фонда — 6900 долларов — мне должно хватить до мая месяца, причем из этой суммы автоматически будет высчитываться моя арендная плата. Я не мог себе позволить потратить более 750 долларов на оборудование для темной комнаты, тем более что и для квартиры еще нужно было кое-что прикупить. Например, стол и стулья.
Вернулся продавец с увеличителем. Хорошая модель без выкрутасов. Он включил его в сеть и продемонстрировал электрическую автоматическую фокусировку. Она работала без сучка и задоринки. Я посмотрел на линзы. Никаких заметных царапин или явных оптических искажений.
— Разумеется, это не экстра-класс, — сказал он, — но в качестве стандартного увеличителя он работает здорово. Еще и полугодовая гарантия имеется.
— Продано, — заявил я. — Мне еще понадобятся некоторые химикаты. Вы держите «Илфорд»?
— Разумеется.
— Бромистая бумага «Галерия»?
— Естественно.
— Мне также понадобятся пюпитр, три кюветы, защитная световая завеса, канистра для проявителя, перезарядный мешок и таймер.
— Будет сделано. Кстати, меня зовут Дейв Петри.
Я пожал ему руку и представился.
— Недавно в городе, Гари?
— Угу.
— Это для вас хобби?
— Нет, мне за это платят.
— Я так и подумал. Ну, вам будет приятно узнать, что мы предлагаем пятнадцатипроцентную скидку для наших постоянных клиентов-профессионалов.
— Тогда я куплю еще дюжину пленок Tri-X и дюжину Илфорд НР4.
Вернувшись с товаром, он потратил несколько минут, чтобы выписать счет.
— С налогом вышло семьсот сорок два доллара пятьдесят центов.
Я вытащил пачку купюр.
— Мы принимаем кредитные карточки, если вам так будет удобнее.
— Я всегда плачу наличными.
— Мне без разницы. Вы и в цвете снимаете?
— Иногда.
— Тогда позвольте мне добавить шесть пленок ФуджиПро от заведения.
— Нет необходимости.
— Эй, послушайте, ко мне не каждое утро в понедельник заходит профессионал. На кого вы работаете?
— Ряд журналов на востоке.