Двадцать четвертого февраля, в выходной, старые знакомые собрались в Архангельском — накануне дня рождения Крупской. Устроили как бы предпразднование ее семидесятилетнего юбилея. Но вечером ей стало плохо, появились сильные боли в животе, рвота, поднялось давление. Врач ошибочно предположил сердечный приступ. Но ей становилось всё хуже: «Резкие боли в животе. Пульс 110–120. Ввиду подозрения на острый воспалительный процесс вызваны на консультацию проф. М. П. Кончаловский и А. Д. Очкин. Доложено по телефону замнач. Лечсанупра».
Консилиум поставил более точный диагноз: «Весьма плохое общее состояние с резко учащенным неправильным пульсом, с посинением губ, носа и конечностей. При исследовании отмечены сильные боли в животе, особенно в нижней половине справа. Считаясь с наличием острых воспалительных явлений брюшной полости (заподозрен аппендицит) и общего тяжелого состояния больной, решено больную срочно госпитализировать в Кремлевскую больницу».
А время шло. На больничную койку ее доставили только под утро. Врачи вновь осмотрели. Диагностировали «закупорку склерозированных сосудов кишечника, омертвение части кишечника и последующее общее воспаление брюшины». По мнению медиков, это неминуемо ведет к кишечной непроходимости, потому требует срочного оперативного вмешательства. Терапевтическое лечение при таком диагнозе не поможет. Но вызванные известные хирурги — Спасокукоцкий и Очкин положить Крупскую на операционный стол не решились.
Сергей Иванович Спасокукоцкий — академик, руководитель кафедры 2-го Медицинского института. Памятник профессору Алексею Дмитриевичу Очкину стоит во дворе Боткинской больницы. Выдающиеся врачи. Почему же они не сделали Надежде Константиновне операцию? Надо полагать, боялись, что она умрет прямо на операционном столе. А им скажут: вы зарезали вдову Ленина.
В эти последние часы Крупской было очень плохо. Она страдала от боли. Похоже, обезболивающие препараты вводили скуповато. Врачи теперь уже точно диагностировали разлитый перитонит. Новый консилиум тоже отказался от операции. В истории болезни записали: «Больная по-прежнему находится в состоянии, близком к бессознательному. Значительная синюха. Похолодание конечностей. Липкий пот. Пульс аритмичный. Общее состояние остается крайне тяжелым, не исключающим возможность близкого печального исхода».
Она ушла из жизни 27 февраля 1939 года. Как и ее муж, ранним утром — в 6 часов 15 минут. Вскрытие установило, что причина смерти — острый аппендицит и тромбоз сосудов брюшной полости.
Врачи Лечсанупра, предполагая, какие вопросы им могут задать, составили документ на имя генерального секретаря ЦК ВКП(б) Сталина и председателя Совнаркома Молотова: «По опыту хирургов, излечение после операции наблюдалось исключительно редко у крепких людей. В данном случае при глубоком поражении всех важнейших органов и в возрасте 70 лет операция была абсолютно недопустима».
Двадцать восьмого февраля 1939 года газета «Правда» написала: «Смерть тов. Крупской, отдавшей всю свою жизнь делу коммунизма, является большой потерей для партии и трудящихся Союза ССР».
Прах Надежды Константиновны Крупской захоронили у Кремлевской стены, позади Мавзолея. И после смерти она осталась в тени своего великого мужа. Упокоиться рядом с ним — последняя земная милость — ей не было суждено. Владимир Ильич Ленин всё еще не похоронен.
